Знали бы они, каков был их пастырь на самом деле, они бы отвернулись от него, оплевали или забили камнями.
— Но все же я думаю, что мы поступили с ним чересчур жестоко.
— Мягко, я бы сказал! Чересчур мягко, учитывая, что он из-за своей жадности и глупости едва не поставил под угрозу срыва все наше предприятие.
— Может быть, было достаточно того, что мы устранили девчонку? Вот она была действительно опасна! Надо же, сколько всего сумела разнюхать.
— Просто удивительно!
— Ты не узнал, как ей это удалось?
— Нет.
— Но ведь грохнул же.
— После того, как этот идиот дал ему тройную дозу ЛД-21.
— Что?
— Что слышал!
— Как он его раздобыл? Препарат находится еще на стадии изучения.
— Вот и мне это интересно как?
— Его побочные действия еще не исследованы.
— Знаю.
Последовало молчание. А затем первый собеседник произнес:
— Видимо, старик был опасней, чем я себе представлял.
— Теперь ты меня понимаешь?
— Понимаю и оправдываю.
— Рад это слышать. А теперь, если ты не возражаешь, я пойду к своей малышке.
— Сегодня, я так понимаю, тебя больше не беспокоить? — шутливо спросил у Посланца второй собеседник.
— Даже если будет пожар, наводнение, цунами или все они вместе.
И Посланец уже повернулся, чтобы идти назад. Кира дернулась от двери, возле которой подслушивала. Но вдруг второй собеседник остановил Посланца следующим вопросом:
— Отниму у тебя еще буквально минуту.
— Да.
— Как у тебя обстоит дело с СК-16?
— Неплохо, — отозвался Посланец, явно останавливаясь. — Мои ребята искусственно синтезировали те частицы слюны африканской сколопендры, ради которых мы столько лет бились над этими милыми, ни в чем не повинными тварями.
— Страшно даже представить, сколько мы их извели.
— Но ведь не напрасно! Вещество мы выделили и синтезировали.
Дальше Кире было слушать уже неинтересно.