Это не значит, что вы станете затворницей. У вас будет своя машина и полная свобода делать все что угодно.
– За исключением того, что я действительно хочу делать! – съязвила Кэсси.
– Если вы имеете в виду ежедневные поездки в «Хералд», то да, – твердо сказал Джордан. – Я хочу, чтобы это холостяцкое жилище стало настоящим уютным домом, куда мы вернемся после свадьбы. У меня самого нет ни времени, ни возможности привести его в надлежащий вид. – Внезапно его голос смягчился. – Разве вам не хочется, чтобы у нашего ребенка был настоящий дом, Кэсси? – тихо спросил он.
Кэсси молча кивнула и отвернулась. Весь ее гнев куда‑то исчез. Она действительно хотела этого. Может быть, даже слишком хотела, принимая во внимание свое не очень счастливое детство.
– Комнату, которая смотрит на холмы, – быстро сказала она, – ту, что в задней части дома, можно переоборудовать в детскую. И я могла бы устроиться там. Если вы разрешите кое‑что в ней поменять…
– Делайте все, что считаете нужным, – холодно сказал он.
Кэсси в ответ лишь кивнула, не удивляясь, что чувствует себя здесь чужой. Все‑таки она совершенно не знает Джордана. Здесь, в этом доме, слушая, как он строит планы ее будущей жизни, она вдруг почувствовала страх, и вполне обоснованный, ведь Джордан наверняка будет полон сожаления и досады, но никогда не скажет об этом вслух.
Что ж, по крайней мере у нее будет своя комната. Очевидно, он и не ожидал, что она будет спать у него. Возможно, после рождения ребенка он согласится на развод, и они придут к полюбовному соглашению. Для нее это был единственный мыслимый выход из сложившейся ситуации, который бы дал свободу Джордану и не причинил боли никому, кроме нее самой.
Глава 10
Для родителей Джордана известие об их свадьбе оказалось столь же ошеломляющим, сколь и по‑настоящему радостным.