– Ты любишь его?
– Да, – просто ответила Кэсси. Она действительно любила его, страстно, нежно, неистово, как только может любить женщина.
– Ну и слава Богу! – Чуть откинувшись назад, Лавиния взглянула на дочь. В прекрасных зеленых глазах мелькнула легкая усмешка. – Могу только сказать, что он определенно не выпустит тебя из рук. Первый мужчина, оказавшийся сильнее меня. Для него я не более чем досадная помеха, – с неподдельным удивлением закончила она.
Эти последние слова не на шутку разозлили Кэсси.
– По‑моему, у тебя и без моего мужа хватает воздыхателей, – с жаром произнесла Кэсси.
Лавиния в недоумении вскинула брови.
– Что ты хочешь этим сказать? – холодно процедила она.
– Ты отняла у меня Луиджи! – бросила Кэсси, и в эту минуту в дверях появился Джордан и замер, услышав ее голос. – Ты и Джордану строила глазки. Мало тебе одного любовника!
Лавиния медленно встала, в гневе забыв об утонченных манерах светской львицы.
– Принимая во внимание твою беременность, я не дам тебе по физиономии за эти слова. Но все‑таки объясню тебе, какая ты дура. Ты внушала себе, что влюблена в Луиджи. И ничего не знала о нем, кроме того, что он сам тебе рассказал. Ну что ж, зато я кое‑что о нем знала, хотя сразу поняла, что говорить об этом с тобой бесполезно. Многие думают, что мы, актеры, не замечаем ничего, что находится за пределами рампы, но они ошибаются! Я часто встречала Луиджи Роза‑то в ресторанах, которые любила посещать.
Джордан подошел и уселся на подлокотник Кэссина кресла; положив руку ей на плечо. Лавиния бросила на них быстрый взгляд и продолжила:
– Я была заинтригована и осторожно навела справки. Оказалось, что Луиджи Роза‑то, этот маленький актеришка с большими претензиями, игравший незначительные роли в итальянском театре, добывал себе средства существования, продавая наркотики!
Кэсси побелела как мел.