Однако Джордан лишь отмахнулся.
– Сегодня работа обойдется без меня. У меня есть дело поважнее – ты, – решительно заявил он. – К тому же твоя мать прервала нас на самом интересном месте. Сначала мы вернемся наверх и закончим начатое. А потом заберем все твои вещи из твоей одинокой комнаты и перенесем их в мою одинокую комнату. Отныне ты всегда будешь со мной, Кэсси Рис!
Лицо Кэсси озарилось счастливой улыбкой. Она знала, что с Джорданом она будет улыбаться всю жизнь. Он сидел рядом, подперев рукой подбородок, и в глазах его она читала всю ту любовь, о которой могла только грезить.
– Если б нам не пришлось изображать помолвку ради твоего отца… начала она.
– В этом вообще‑то не было нужды, – быстро сказал* Джордан. – Он хотел повидать тебя, и я обещал, что постараюсь и уговорю тебя поехать со мной, но, когда ты рассказала мне о Луиджи, я испугался, что, встретившись с ним, ты поймешь, что все еще любишь его. Между нами ничего еще не было. Но мне было страшно потерять тебя навсегда. Требовалось срочно что‑то предпринять.
– Ты был очень добр ко мне, – вздохнула Кэсси, – особенно во время моей болезни.
– Я еще тогда хотел перевезти тебя сюда, – мягко сказал Джордан. ‑Хотел сам заботиться о тебе и даже близко никого к тебе не подпускать.
– Я не встречалась с Гаем, – поспешно вставила Кэсси.
– Знаю. Я просто был в ужасном состоянии. Но разве я не сказал тебе, что он может стать крестным отцом?
– С тех пор как мы поженились, я почти не видела тебя, – мягко укорила его Кэсси.
Джордан наклонился и поцеловал ей руку.
– Знаю. Я так сильно желал тебя, что мне было трудно находиться с тобой рядом. Я стал думать, что с самого начала неправильно истолковал твое отношение ко мне, что ты решила поселиться в отдельной комнате от неприязни… А вообще, я и правда был очень занят, – добавил он, бросив на нее быстрый взгляд. – Мне предложили написать новую книгу, вдобавок мы расширяем свою сеть за счет еще двух газет.
– Это же просто великолепно, милый! – радостно воскликнула Кэсси.
Джордан встал и помог ей выйти из‑за стола.
– Вы уже закончили завтрак, миссис Рис, – решительно произнесен.