Хоть в чем-то не человек являет всему миру дурной пример, а ему явили… Правда, мог бы и не обязательно перенимать только дурное…
Герць выслушал все эти бредни, сказал уверенно:
– Вот дурные живут там внизу!
– Низина, – поддакнул кто-то. – Серость. Что с них взять?
Мрак удивился:
– А что не так?"
"– Ваше Величество, – сказал Герць осторожно, – яблони тоже можно сажать по зернышку! Вырастут яблони, хоть и хреновые, и яблоки будут кислыми. Мы ж сажаем отводками, верно? Так и драконов разводим от драконов, а не от ужей или того гаже – равликов!
Во дворе им подали коней, выехали тесной группой.
– Ого!.. Восемь яиц!.. А сколько снесет еще?
Аспард смотрел с недоумением, зато Герць ахнул, проследил за взглядом Мрака, снова ахнул:
– Ваше Величество… что, она уже начала… откладывать?
– Ага, – ответил Мрак.
Герць покрутил головой:
– Ваше Величество… Откуда?.. Как? Как вообще догадались, что в той яме брюхатая драконша?
Мрак сказал наставительно:
– Я тцар аль не тцар? А тцар должон все знать!.. О, снесла девятое, повернулась и начала их облизывать. Не сожреть?
Теперь все смотрели на Мрака со страхом и непониманием. Герць пугливо подхватил Мрака за локоть, повел мимо сарая. Двое сопровождающих отстали и бросились на животы, стараясь сквозь щели в крыше рассмотреть, что творится внизу в яме.
– Мы заглянем к молодым, – сообщил Герць. – К сожалению, дракона можно обучать только в первые два месяца. Если не удастся приучить слушаться, а это трудно, то уже все пропало. Дракон будет бросаться на все, что движется. Вот там, видите, купол? Там глубокая пещера, в ней держим самого огромного и страшного дракона. Ему бы цены не было, если бы вовремя к нему нашли подход.