Я раз за разом вспоминала сегодняшний день, начиная с самого утра, и пыталась понять, когда, в какой момент этот несносный дроу из злейшего врага превратился в жизненно необходимое существо? Как так получилось, что еще вчера я не хотела иметь с ним никаких отношений, а сегодня он читает мои чувства, как свои собственные, и принес брачную клятву на крови? Это он поймал меня в ловушку, или я сама добровольно в нее вошла?
Вопросы, вопросы и ни одного ответа. Одна надежда на то, что боги хоть немного объяснят, что со мной происходит.
В конце концов, я уснула. Глубокой ночью ощутила сквозь сон, как матрац рядом со мной прогнулся, и ко мне под одеяло скользнуло обнажённое мужское тело.
Похоже, что темноэльфийский принц не заморачивается насчет пижамы.
Он притянул меня в свои объятия и крепко прижал к горячей груди, под которой четко и размеренно билось его загадочное сердце.
Глава 22
Ранним утром мы с Айрениром вышли из подземелий крепости на мощеный двор.
Прощание с Даггертом прошло сухо и скомканно, король был чем-то весьма озабочен. А вот Мерильен, наоборот, оказался довольно весел и даже пару раз таинственно подмигнул, лукаво намекая на только нам известные обстоятельства.
На поверхности было настолько холодно, что я почти мгновенно окоченела, невзирая на кучу одежды. Этим утром Айренир принес мне тёплые бриджи чуть ниже колена и ботфорты на меху с такими высокими голенищами, что они закрывали эти самые колени, а еще рубашку из тонкой шерсти и пушистый меховой жилет.
"Принц кутался в уже привычный черный плащ, под которым сверкали серебром галуны на его мундире.
Ночью Айренир связался с Брейном, все-таки эти зеркала – отличная штука. Мой верный друг обещал ждать нас на границе своих земель и сопровождать столько, сколько потребуется.
Надеюсь, принц не рассказал ему о моих похождениях в крепости? Как-то не хочется портить репутацию светлого существа неудавшимся Армагеддоном.
У ворот донжона нас ожидал начальник гарнизона. Он смерил меня раздраженным взглядом – видимо, не забыл, что я его обманула – но все же нагнул голову в приветственном поклоне.