***
Мы молча прошли по широкой галерее, опоясывающей верхний этаж. За точеной балюстрадой виднелся выложенный мрамором холл и огромная люстра, спускавшаяся с куполообразного потолка на толстой цепи. Она сияла сотней крошечных огоньков, заключенных в маленькие хрустальные шары. Это было красивое зрелище, но я почти не обратила на него внимания. Меня беспокоило то, что я не слышу эмоций Айренира, а голова гудит как церковный набат.
Мы остановились у высокой двухстворчатой двери. Переступив порог знакомой гостиной, я задохнулась от нахлынувшей на меня боли.
И здесь я поклялась себе, что никогда этого не забуду.
Сиды не умеют мстить за обиды? Так это сиды из старинных легенд. А мне жизнь преподала суровый урок.
Мы прошли через гостиную. Вот и дверь, под которой я подслушала разговор, перевернувший мою жизнь. Джанна распахнула ее, пропуская меня в кабинет.
В кабинете вокруг стола сидели мужчины: Айренир, Леоверен и Эрионар. Вейрах стоял у кресла моего мужа. Увидев меня, все трое вскочили. Я попыталась что-то сказать, но вместо этого почувствовала, как покачнулась земля.
Кто-то подхватил меня, прижал к твердой груди. Я вдохнула знакомый запах, чувствуя, как отступает боль и проясняется сознание.
Мать Эрионара ведет свою собственную игру, теперь я убедилась в этом. Но, похоже, ее муж и сын ничего не подозревают.
– Звездочка моя, – голос мужа был полон глубокого беспокойства, – тебе плохо?
Он рухнул в кресло, усадил меня себе на колени и начал быстро ощупывать.
– Где болит?
Я уткнулась лбом ему плечо, даже не замечая, что царапаю кожу о серебряную вышивку.
– Голова кружится. Давление, наверное.
Все уставились на меня с немым изумлением. Ах да, я и забыла. У магических существ не бывает ни гипертонии, ни гипотонии, это все прерогатива простых людей. Тогда что со мной?
Я заметила, как Джанна блеснула глазами в сторону супруга. Тот нахмурился, буравя ее недовольным взглядом.