Просто списала все на гормоны и решила, что сейчас не время для самоанализа.
Под моими осторожными прикосновениями губы Айренира наконец-то дрогнули, раскрываясь, и теперь уже я целовала его со всей страстью, на которую только была способна.
– Кхе-кхе, – раздался позади деликатный кашель.
Я инстинктивно попыталась отпрыгнуть от Айренира и спрятать в ладони пылающее лицо, но он моментально пресёк мои телодвижения, прижав к себе еще сильнее. Пришлось уткнуться носом ему в грудь.
– Мерильен? – раздался над головой недовольный голос моего мужчины.
– Да вот, хотел извиниться перед твоей женой… Эовен сказала, что я должен сам прийти, если хочу, чтобы меня услышали…
Я подняла голову и в изумлении уставилась на младшего принца. Такого я точно не ожидала! Неужели этот избалованный эгоист сам пришел просить прощения?! Но он хоть осознает, за что его должны простить?
– Удивительно, – насмешливо рассматривая своего брата, Айренир склонил голову набок, – с каких это пор ты начал прислушиваться к тому, что говорит женщина?
– С тех пор, как понял, что жизнь этой женщины дороже моей собственной, – парировал Мерильен, ничуть не смутившись.
– Я стараюсь заслужить свое прощение делами, – ответил кронпринц и еще раз поцеловал меня в макушку.
Глава 19
Я выпуталась из его объятий и развернулась так, чтобы видеть обоих братьев. И уже не злилась на Мерильена за его выходку. Пусть он и старше меня на несколько десятков лет, но воспринимается мной как обычный мальчишка: избалованный, эгоистичный, но мальчишка, которого нужно воспитывать, а не наказывать.
– Я рада, что ты осознал свою ошибку, – дипломатично заявила я. – Считай, что твои извинения приняты.
Мерильен шагнул в мою сторону, протягивая небольшую коробочку.
– Если ты простила мою глупость, – сказал он, – то прими подарок от меня и моей жены.
Коробочка оказалась изящной маленькой шкатулкой из светлого дерева. Ее крышка и стенки были расписаны таким тонким узором, что издалека его можно было принять за кружево. Налюбовавшись, я откинула крышку и ахнула.
– Откуда?! – выдохнула, не веря своим глазам.
Внутри коробочки на белом шелке сверкали и переливались всеми цветами радуги два кольца из прозрачного арзолита.