– О его хозяине. Маге. Он здесь, не так ли?
– Да,– подтвердил Кэр.– Он – во дворце! Но я не думаю, что от жреца Аша может исходить зло! – сказал молодой воин.
– Кого?! – Кен-Гизар побагровел.
– Теперь это уже не важно,– прошелестел голос чародея позади Карашшера.
– Теперь это уже не важно! – эхом откликнулся Фаргал.– Разве мы и так не знаем своего врага?
Люг тем временем изучал собственного «двойника».
Фактически, сходство было не так уж велико. Сложение, цвет волос, кожи (их изменила краска, а не чары), борода.
«Силен, должно быть, как медведь»,– подумал сокт, глядя на тяжелые покатые плечи и толстенную шею.
Вождь не обошел вниманием и собственный меч в руке врага. Но он был меньше привязан к своему оружию, чем Фаргал – к своему. Хороший меч, заговоренный клинок, да, но в оружейной царя есть и получше, а наложить чары сокт способен и сам. Хуже то, что меч, которым придется сражаться сейчас, самый обычный, и вождь так и не успел привыкнуть к нему.
Он еще раз оглядел спальню. Свою собственную спальню. Место для отдыха и наслаждения. Втянул воздух, насыщенный ароматами царских садов. Но запах крови уже явственно пробивался сквозь дыхание цветов.
Ирдик попятилась. Она не боялась крови. И не боялась опасности. Кэр сумеет защитить ее. И еще трое мужчин, которые не дадут ее в обиду. И все-таки что-то отталкивало девушку, отодвигало подальше от этих великолепных гобеленов, подальше от напряженных спин воинов.
– Люг…– произнес Кен-Гизар.
– Да? – отозвался, не поворачиваясь, вождь соктов.
– А не попробовать ли нам Зов Двоих?
– Тебе или мне?
– Тебе, конечно! Я уже стар для живой борьбы!
– Мой царь,– попросил Люг,– проследи за негодяем!
Он и посланник соединили руки с браслетами Яго.
– О мой повелитель, чистый и могучий, побеждающий врагов, насаждающий справедливость…
Ирдик удивилась тому, каким звонким, молодым стал голос посланника.
– …Вложи в брата моего, преданного тебе, силу отторжения чар зла. Вложи в него свою силу, повелитель, как я, ничтожный жрец твой,– отдаю свою! С радостью!
Что-то снова толкнуло Ирдик назад. Голубое сияние появилось над головами соктов… и Кен-Гизар тяжело осел на ковер.
Карашшер снова засмеялся. Но оборвал смех, когда Люг решительно шагнул к нему.
Невидимая граница вспыхнула желтым огнем. Вождь соктов коснулся ее, и желтое пламя стало зеленым.