И пусть будущего у нас нет, у нас есть настоящее.
Объятия становятся крепче, Гед перехватывает мои запястья, не даёт расстёгивать пуговицы на жилете, ещё и шепчет, чтобы я не хулиганила и потерпела до спальни. А зачем до неё терпеть? Не понимаю. Ещё шёпот хриплый, пробирающий, будоражащий. Слабую попытку вывернуться Гед пресекает, и я делаю то, что сделала во время чаепития – избавляюсь от одежды магией, причём получается выборочно, на мне платье остаётся, одежды лишается Гед.
– Бера!
Мы вроде бы ещё в коридоре, да?
Я трусь щекой о его плечо.
– Да-а-а?
– А вот тебе бы понравилось без платья по дворцу бегать?!
– Мне снять? – предлагаю я.
То, что под платьем у меня ничего нет, меня не смущает. Будь я резвой…
– Нет! – излишне поспешно рыкает Гед.
– Почему-у-у? – дразнить его мне очень нравится.
Гед не отвечает. Вроде бы мелькает какая-то дверь, потом стены раздвигаются, видимо, мы уже в комнате, а потом Гед опускает меня на кровать, нависает сверху.
– Что ты со мной делаешь, Бера? Я же взрослый мужчина, у меня были цели, планы.
Наверное, Гед говорит что-то важное, но целоваться мне хочется больше, чем слушать его завораживающий голос, и я прижимаюсь губами к его губам. Гед напрягается, я чувству, как каменеют его мышцы под моими ладонями.
Я не знаю, сколько длится поцелуй. Гед отстраняется, когда я начинаю задыхаться.
– Бера, ну нельзя же так, я ведь в любви признавался, предложение пытался сделать.
– А?
Осознать сказанное Гед не позволяет, добирается до застёжек платья и увлекает меня в водоворот ощущений, я окончательно теряю связь с реальностью и растворяюсь в наслаждении.
Глава 32
Незадолго до рассвета меня будит шорох за дверью.
Створка тихо закрывается. Кто бы ни приходил, уходит восвояси, шаги стихают, и оделяло тотчас возвращается на место, я зарываюсь в его объятия.