И вдруг в одночасье, меня накрывает острое понимание того, как невероятно глупо я сейчас выгляжу в его глазах. То есть, подсознательно, я все же надеялась, хотела по крайней мере видеть в Германе героя, которым его нарисовала моя фантазия. Но на самом деле оказалось, что Герман – обычный человек, и то, что я придумала себе, это всего лишь сказка. Возможно даже то, что он рассказал мне про свою жену и ребенка – это тоже вымысел?
Внезапно Герман появляется передо мной, слишком резко, неожиданно. Вздрагиваю.
– Мышонок, – нависает он надо мной, а я смотрю на него снизу вверх, оторваться не могу, не получается.
Разворачивается на пятках и уходит. А меня диким цунами затягивают эмоции в свой океан, название которого – одно большое недоразумение.
Провожаю Германа взглядом, пока тот усаживается за руль.
Разворачиваясь, направляюсь к салону. Все эмоции сошли на “нет”. Словно Герман увез их все с собой. Оставив мне только способность двигаться и ощущать только свое физическое тело.
Обхватив заледеневшими пальцами ручку, тяну дверь на себя. Мелодия “ветерка” тут же впивается своей переливчатой трелью мне в голову.
Бесит.
Из-за угла выглядывает Марина.
– У нас закрыто! – кричит со своего рабочего места Вероника.
– Еще рано, – кривая ухмылка трогает губы.
Слышу, как о кафельный пол, что-то ударяется и следом же мне навстречу выбегает Вероника.
– Ася! – вскидывается, стремительно подлетает ко мне, толкая по пути Маринку в плечо.
– Ася, я… Я, извини. Я не ожидала!
Вероника помогает мне снять пуховик. А Маринка, очнувшись, кидается на шею, обнимает.
– Я так боялась… Так боялась…
Девушки крутятся вокруг меня.
– Что там?
– Как там?
– Ну твой Вадик и козел…
– Таких уродов надо еще поискать…
Девчонки возмущаются. Перебивают друг друга. Я же все никак в себя прийти не могу. Все еще в какой-то непонятной для меня реальности нахожусь. Такое все как будто не-настоящее. Наигранное что ли.
– Все хорошо. Правда, – отвечаю девочкам, и, наверно, невпопад, потому как потеряла ниточку вопросов, потому что они вдруг обе одновременно замолкают.