Этакий дворянин, которому даже возраст не мешает держать осанку. Когда его строили, места не жалели, поэтому позднее, внутри двора построили детский садик и места ещё осталось на небольшую аллейку и детскую площадку.
- Киррра! - раздался детский крик.
Сын Зарины и Заура в конце лета пошёл в садик. И конечно, заметив меня, подбежал к ограде. Он ещё не всё буквы выговаривал, и ""р"" у него получалась долгая, как рычание. А с учётом, что назвали его Асланом, мы звали его львёнком.
- Привет! Чего хмурый? - присела я на корточки, ловя неодобрительный взгляд воспитателя.
- Скучно, бегать нельзя, лазить нельзя, дррраться и то нельзя! - возмущался мальчишка. - Вечеррром пррридёшь?
- Конечно, как и всегда! - пообещала я.
- Смотррри, я же жду! - Аслан, считал нас с Оксаной кем-то вроде тётей, и, копируя отца, считал, что в ответе за всю свою семью.
Я действительно ходила два раза в день, утром и вечером, к Зарине домой.
После того, как я окончила универ, а Оксана свой мединститут, встал вопрос, как быть дальше.
Я некоторое время ещё попыталась жить в квартире, где прожила всё детство, работала бухгалтером на заводе, где когда-то трудилась бабушка, ездя каждое утро и вечер на работу в соседний городок, и вела своих ипэшников.
Разговоры с Зариной стали часовыми, переписки с Оксаной на всю ночь. И тут позвонила Заринка и сказала, что на другой стороне их дома продают квартиру. Не такую большую, как у Заура, переделанную под два этажа, но хорошую трешку с небольшой комнатой-кладовкой и большой лоджией. Правда, последний ремонт там делался, когда динозавры по улицам ходили.
Зная, что и Оксана собиралась, хоть и нехотя, возвращаться в родной город после своей отработки, решение я приняла за считанные секунды.
Мы достаточно часто приезжали к Зарине когда она забеременела и родила. Но не надолго, на день - на два. Возможности погулять по городу, дальше вот этого самого двора у нас не было.