Измазанная в крови простынь, я сам, воспоминание о напрягшемся теле в объятьях, и сопротивлении внутри неё... Но даже тогда первой мыслью было, что может я ей что-то повредил?
Хотя и сейчас эта мысль беспокоит. В любом случае, проверить надо, и ей лучше, и мне спокойнее. И так, только понимание того, что девочка спит, останавливает желание убедиться, что кровотечения нет, что не пошло ночью заново."
"Нет бы, поговорить, расспросить хорошенько. Куда там, один дегроид озверел на радостях! Да и как башку сохранить, когда вот она, теплая, жаркая, податливая, на мой голод своей лаской отвечает? А я ждал, аппетит нагуливал, перекусами не перебивал, для неё жажду копил.
Только от того, что первым в ней этот голод пробудил, жаром обдаёт. Ну, кто бы удержался? Да и кто на нее, глядя, предположить бы мог, что нетронутая, что девочка ещё, что бережёт себя? Красивая же, что аж клыки прорезаются и слюной захлебываться начинаешь.
Всю учебу в общаге прожила, что там творится, и как себя девки ведут, не понаслышке знаю, Кайрат, когда учился, нагулялся досыта, отказать никому в голову не пришло, словно ноги вместе у баб не держатся. Дважды ему на его девок бабло отваливал, косяки замазывать.
Да и проще простого скромной девочке подлить чего, на очередной гулянке. Она может, и не хотела бы, и не собиралась, только муд@ень свое получил и свалил. Кто там и когда о том, как девке дальше жить, думает?
Про Киру я сначала и вовсе думал, что насилие пережила, а потом о её мужиках и думать не хотел. Беситься от одной мысли начинал. Я ж её к себе уже приговорить успел, а теперь и подавно не отпущу.
Даже если заново всё начинать придётся. Не по нраву ей первый раз пришёлся.
По хрен, главное успокоилась, расслабилась. И меня не боится, слову моему верит, себя доверяет. Может, знай, я заранее, проще было бы, может...