Осматриваю женщину. Сегодня на ней чёрные брюки и белый длинный джемпер. Снова широкий и бесформенный. Была бы она моей женщиной, приказал бы раздеться на пороге и ходить голой, чтобы не раздражала меня безвкусными тряпками. Но у нас всё ещё впереди.
— Проходите, — взмахиваю рукой в сторону гостиной.
— Я уже, кажется, сказала, что зашла на пять минут, — не сдвигается с места Наталья.
— Двенадцать.
— Что?
— Есть теория, что нужно ровно двенадцать минут, чтобы вызвать интерес женщины.
— То есть сумку вы мне просто так не отдадите? — устало выдыхает она.
— Проходи, просто выпьем, поговорим. Приятный вечер. Не более. Чего ты боишься? — заглядываю ей в глаза. — Я не маньяк.
— Я уже сомневаюсь, — улыбается уголками губ.
— Позволь, — помогаю ей снять куртку. Позволяет.
Проходим в гостиную.
— Чувствуете? — глубоко выдыхает Наталья, осматривая закуски и вино на низком столике между кресел.
— Что?
— Пахнет вашей чрезмерной самоуверенностью.
— Я чувствую только запах твоей ненависти ко мне, Наталья. И он меня возбуждает.
— Я подозревала, что вы извращенец, но не полагала, что до такой степени, — снова усмехается.
— Один-один. Присаживайся, — указываю в кресло, тут же наполняя наши бокалы вином.
— А вы, Константин Леонидович, прям любитель выпить? — снова усмешка с её стороны. И ведь позволяет мне втянуть себя в игру.
Тогда зачем эти жеманства?
— Отчего такие выводы, Наталья? — располагаюсь в кресле напротив.
— Вчера — вино, сегодня — тоже, так и недолго спиться, — но бокал принимает.
— Хорошее вино полезно в умеренных дозах. Ты устала, я тоже. Мы просто расслабляемся, — салютую ей бокалом.
Её взгляд скользит по панорамному окну. Да, вид здесь завораживающий. Отпивает глоток вина, оставляя на краю бокала след от помады, и я на инстинктах провожу языком по её укусу на моей нижней губе.
— Константин Леонидович, ваши двенадцать минут давно начались, начните уже вызывать во мне интерес, — снова отпивает вина, делая вид, что скучает. Ммм, это уже флирт. По моему телу идёт волна тепла.
Усмехаюсь.
— Как дела у твоей пекарни? — перевожу тему.
— Вашими молитвами — плохо, — фыркает она, оттягивая ворот джемпера. Рассматриваю её шею, хочется оставить на ней свой след. — Семь минут, — напоминает она, посматривая на наручные часы, продолжая играть.