Не успеваю у нее забрать еще одну карточку. Мало ли что там написано. Константин Леонидович может быть и пошлым.
— Я заметил, что ты увлекаешься фотографией и съемками роликов, — зачитывает она вслух. — Прими от меня эти скромные подарки для развития твоих увлечений. Константин.
— Ого, — загораются глаза Дашки. Дочь вынимает из пакета разные коробочки с какой-то техникой.
— Что это?
— Это круть! — счастливо хлопает в ладоши Дашка. — Это камера и свет, микрофоны, штатив и линзы для телефона. Ты даже не представляешь, сколько это стоит.
— Насколько дорого? — интересуюсь я.
— Ну, скажем так, ты бы никогда мне этого не купила, даже если бы были деньги, — смеется Даша.
И она права, я не трачу большие деньги на пустые покупки.
Что-то Константин зачастил с дорогими подарками.
— А Константин ничего такой, он начинает мне нравиться. Где ты его нашла?
— Еще бы он тебе не нравится после таких подарков, — скептически цокаю я.
— Только не говори, что их надо вернуть и бла-бла, — закатывает глаза Даша.
— Да не собиралась я возвращать. Но губу не раскатывай, это единичный случай.
* * *— Даша передает тебе большое спасибо за подарки, — сообщаю я Константину, когда мы едем на неведомое мне мероприятие.
— Рад был угодить.
— И цветы для меня тоже были шикарны. Только давай это не будет входить в привычку.
— Что именно? Цветы? Я полагал, что женщинам приятно их получать? Я ошибался? — иронично интересуется он.
— Я про дорогие подарки для Даши.
— Они не дорогие.
— Для нее дорогие. Ты и так дал мне достаточно. Не нужно подкупать мою дочь, она потом не поймет… — нервно выдаю я.
— Во-первых, я никого не подкупаю. Я хотел сделать девочке приятно. — холодно отвечает Константин. — Во-вторых, что значит «она потом не поймет»?
— Мы расстанемся и… — не могу сформулировать, да и Константин мне не дает.
— Прекрати утрировать. Я захотел порадовать твою дочь, я порадовал.
— Ох, спасибо, барин. Вы слишком щедры, — не выдерживая, перехожу на язвительный тон. Меня вдруг начинает триггерить факт нашей сделки. Он дает больше, чем я могу вернуть.
— Просто закрой свой прелестный ротик. Не нужно говаривать со мной в таком тоне. Я даю тебе все на правах твоего мужчины, — осаживает меня.
Свой прелестный ротик я закрываю, отворачиваясь к окну.