— Да, жаль… — согласилась светленькая, взяла подругу под руку, и они медленно пошли прочь по улице.
Значит, Рамзи хочет снять печать неудачи? Что-то такое я и предполагала. Вот только почему все маги после попытки помочь ему гибнут? И почему он ни разу не просил о помощи меня?
Перед глазами ожил день казни.
Как вспомню его горящий взгляд, полный необъяснимой нужды, на эшафоте, так вздрогну. А как угрожал мне, если не соглашусь? Что сделает овощем, бревном бездушным! Нет, он точно не заслуживает никаких оправданий.
Хорошо, что лекарь напомнил мне о цели, а то я что-то слишком смягчилась со всеми этими нежными чувствами.
Вот только одно желание я не могла теперь в себе искоренить — это желание жить. Если раньше мне хотелось отомстить и было неважно, отправимся мы на тот свет вместе с Гордоном или он один, то теперь я мечтала и дальше дышать одним воздухом с Арчи. Попытаться найти счастье. Попытаться объясниться после мести.
Но чтобы уберечь Рейва, нужно развестись.
Я дотронулась до сережки-стрелы и на секунду прикрыла глаза.
Я повернула направо и решительно зашагала. Если потороплюсь, то к ночи как раз успею дойти до Храма Справедливости. И никаких больше сомнений. Вперед!
Мрачный зонт сумерек накрыл темные шпили Храма Справедливости ровно в тот момент, как они показались на горизонте. Густая зелень словно сговорилась с мглой и старательно прятала цель моего путешествия.
Зеленый мох жадно поглотил подъездную брусчатку, и я ступала будто не по дороге, а по пушистому ковру.
Ветерок пронзил уставшее тело насквозь, поиграл с юбкой, растрепал волосы. Казалось, что даже в пустой желудок забрался и заурчал там голодным зовом.
А, нет, это все-таки мой некормленный организм дал о себе знать!
И с чего я решила, что по пути встречу хоть одну таверну? Почему была уверена в популярности маршрута? Да мне на всем пути только лисица встретилась и белый альбинос-лось с красными глазами.
Дикое местечко, скажу я вам!
А Храм точно открыт?
Я остановилась у огромных, в три человеческих роста, ворот и взялась за массивное кольцо.
""Бам-бам-бам!” — застучала я тяжелой ручкой по металлической пластине в двери.
Звук мурашками расползся по коже, и я застыла в напряженной тишине, слыша только свое дыхание. А в ответ ничего: ни шороха, ни поступи, ни слова.
""Бам-бам-бам!” — повторила я уже более настойчиво, оборачиваясь назад.