Так, может, ей тоже стоит начать думать о будущем и строить планы?
Этой ночью она играла лучше, чем когда бы то ни было. Музыка переполняла все ее естество, и Бет танцевала на сцене, доводя публику до сумасшествия. Аплодисменты были оглушительными, никто не хотел, чтобы она уходила, и Пату Хини пришлось подняться на сцену, чтобы положить этому конец.
— Ну разве наша цыганочка не прелесть? — выкрикнул он вшу. — Она снова вернется к вам в понедельник вечером, так что не пропустите.
Он пошел в заднюю комнату за деньгами, пока Бет утирала струившийся по лицу и шее пот.
— Сегодня ты была великолепна, — сказал он, проявляя гораздо больше теплоты, чем обычно. — Теперь ты выступаешь намного лучше, чем раньше.
Он протянул ей деньги, и Бет заметила, что там около семи долларов. Но она своими глазами видела, как люди бросали в шляпу десятки однодолларовых бумажек!
— Значит, тебе стоит лучше мне платить, — сказала девушка. — Или хотя бы позволять мне самой считать деньги в шляпе.
Его улыбка исчезла, и Бет почувствовала укол страха.
— Ты, неблагодарная маленькая сучка! — выкрикнул Хини. — Ты хочешь сказать, что я тебя обманываю? Да я взял тебя на работу, когда никто другой не решился бы.
Бет поняла, что наступил решающий момент. Она должна либо отступиться, либо ответить ударом на удар. Ей было очень страшно: холодный взгляд Хини и его шрам говорили о том, что он слишком опасен, чтобы с ним тягаться. Но сегодня Бет играла от всего сердца и в глубине души чувствовала, что должна постоять за себя или окажется у него под каблуком.
— Ты был первым, к кому я обратилась, — дерзко сказала она. — И с первой же ночи нашлось множество других, которые желали меня нанять. А о том, что ты меня обманываешь, я знала с самого начала. Ты никогда не давал мне половину собранных денег.
— Я оказал тебе услугу! — взревел он.
— Нет, ты оказал ее себе, — возразила Бет, упрямо выпячивая подбородок.
— Ты знаешь, что случается с теми, кто идет против меня? — спросил Хини, придвигаясь к ней ближе, и Бет почувствовала запах виски.
— Я не хочу идти против тебя, — сказала она.