По меркам Малберри-бенд, он прилично выглядел: толстое темное шерстяное пальто с бархатным воротником и фетровая шляпа. Но его запах — смесь плесени, табака и дровяного дыма — выдавал в нем обитателя трущоб.
Бет знала, что ему, должно быть, приказали ее похитить. Если бы он хотел ее ограбить, то просто забрал бы все, что у нее было, и ушел. Бет попробовала уговорить его, утверждая, что с радостью будет играть в баре Фингерса, потому что не любит Хини. Этот человек определенно работал на Фингерса, потому что слегка занервничал, услышав его имя, и велел ей заткнуться.
Бет осторожно ощупала щеку пальцами. Ей казалось, что ее ударили кузнечным молотом. Оглушенная, она почти не видела, куда идет, и мужчина схватил ее за руку и практически тащил за собой весь остаток пути.
В узкой грязной аллее, которую они миновали, стояло несколько человек, посмотревших на них с любопытством. Но Бет не думала, что они смогут ей помочь.
Она не представляла, сколько сейчас времени, но на улице, должно быть, еще была ночь, потому что в подвал совсем не проникал свет. При мысли о крысах Бет покрылась гусиной кожей от отвращения и плотнее обхватила себя руками, стараясь об этом не думать. Вместо этого девушка попробовала сосчитать, сколько времени понадобится Сэму, чтобы узнать о случившемся.
Конечно, он заподозрит неладное, когда она не придет в бар.
Глава 17
Джек пришел на бойню в шесть, увидел дожидающегося его Сэма и побледнел раньше, чем Сэм рассказал ему о случившемся.
— Давай, скажи это, — несчастным голосом произнес Сэм. — Мне следовало обратить внимание на твои слова.
Глаза Джека опасно вспыхнули, но он взял себя в руки.
— Думаю, ты все равно не мог все время следить за ней, — вздохнул он. — Никто бы не смог, да и кто ожидал, что ее похитят среди бела дня, после того как она выйдет от Иры?
— Что мы можем сделать, Джек? — спросил Сэм.
Джек кивнул.
— Жаль, что я не могу сегодня пропустить работу и отправиться с тобой. Но мне нельзя этого делать. Я освобожусь в час, узнаю, что говорят, и к двум буду в баре Хини.