И она определенно была не таким человеком, чтобы полюбить Бет.
— Мистер Кэдоган, должно быть, составил планы на сегодня еще несколько недель назад, — ответила мисс Доти. — Джентльмены не отменяют встречи просто так. И он попросил меня проследить, чтобы вы отдыхали и никуда не выходили из дому.
— Простите меня за вторжение, — сказала Бет, стараясь понравиться ей. — Завтрак выглядит просто чудесно.
— Ешьте, пока он не остыл. Я вернусь позже, когда вы оденетесь, и проведу вас вниз, чтобы представить мисс Марчмент.
Затем она вышла из комнаты, оставив Бет в смятении.
Встреча с мисс Марчмент оставила на душе у Бет еще более неприятный осадок. Ее комната на первом этаже была мрачной и запущенной. Там пахло кошачьей мочой, и на этом фоне чистота в комнате Тео поражала. Настоящий возраст мисс Марчмент не поддавался определению. Ее сморщенная, желтая как пергамент кожа, черная одежда и кружевной чепчик на седых волосах свидетельствовали о том, что она очень-очень стара.
"Женщина не проявила к Бет ни малейшего сочувствия или заботы. Вместо этого мисс Марчмент засыпала девушку вопросами о ее происхождении, словно верила, что подобное несчастье может произойти только с кем-то из трущоб. Бет попробовала впечатлить ее, сообщив о том, что получила хорошее воспитание, но старая леди возразила, сказав, что любая девушка, работающая в баре, навлекает беду на свою голову.
Бет изо всех сил сдерживалась и сказала лишь, что Тео сам предложил привести ее сюда, потому что она была совершенно измучена и выбилась из сил.
— Я очень благодарна ему за доброту и вам за то, что разрешили мне остаться здесь на несколько дней, но я должна как можно скорее присоединиться к моему брату, — закончила девушка.
Было понятно, что Тео не предупредил свою домовладелицу о своем скором отъезде, а Бет не стала делать это за него.
Ее настроение испортилось еще больше после возвращения в комнату Тео. Она была нежеланной гостей в незнакомом месте. Кроме того, ей было неизвестно, куда именно отправились Сэм с Джеком. Она чувствовала себя в ловушке и полностью зависела от Тео.