Однако доктор, закинув ногу на ногу, устроился в потертом кожаном кресле, стоявшем в центре комнаты. Рядом с ним было второе такое же, в нём мгновенно разместился пристав, поэтому Ивану ничего не оставалось, как присесть на деревянную скамейку между окон. Сесть за письменный стол доктор ему не предложил, так что молодой урядник достал письменные принадлежности и приготовился писать на коленях.
– Я, конечно, ждал кого-то из полиции, – сказал доктор Рар, – но приятно удивлён, что это Вы, Илья Петрович. Чем я могу быть Вам полезен?
– Мне взаимно приятно посетить Вас, доктор.
– Сначала позвольте полюбопытствовать, каковы Ваши цели? – спросил доктор.
– Безусловно, исполнение правосудия, Александр Францевич. Как иначе?
– Ах, Илья Петрович, я же не об этом! Это само собой разумеется. Вы же меня поняли? Я о Вашем отношении к Михаилу Торотынскому.
– Пока я склонен думать, что это несчастный случай. Но погиб человек, и надобно до конца разобраться в причинах его возникновения. Здесь ещё остаётся много вопросов.
– Ну, что же, если я могу помочь на них ответить, задавайте вопросы!
– Начну, пожалуй, быть может с неожиданной стороны: чем отравилась невеста Торотынского? Вы же к ней ездили в тот день?
– Хм, действительно, неожиданно.
– Но отравилась сильно? – спросил пристав.
– Да, возможен был летальный исход, но организм молодой, справился.
– Александр Францевич, а Вам знакомы работы профессора Пеликана?
– По судебно-медицинской токсикологии? Конечно, я же врач, – раздраженно ответил доктор. – Вы хотите сказать, что это могло быть намеренное отравление?
– Не знаю, Вы мне скажите: могло или нет?
– Явных признаков не было, – задумавшись, ответил доктор.
– То есть, возможность такая существует?
– Существует, – после небольшой паузы, сказал Рар.
– А мы можем сейчас это установить, раз у нас появился такой интерес? – спросил Столбов.
– Прошло много времени, и это зависит от того, чем она отравилась. Задача очень сложная, но выполнимая.