Мне срочно нужны данные по съему жилья с марта сего года по нашей территории: кто, когда, откуда, приметы. Оповестите всех городовых, кого сейчас здесь нет. Вечером жду отчеты. Трегубов, что за выражение лица? Вы что-то знаете?
– Нет, – ответил Иван, – которого вопрос застал врасплох, в момент, когда он задумался о приезде Канарейкина. – Я просто подумал: что, если такими опросами мы их спугнём?
– Думать – это хорошо, Трегубов. Если спугнём – это тоже хорошо, – затаятся и не сделают какую-нибудь задуманную мерзость.
– Да, – ответил урядник с пышными усами, стоящий рядом с Иваном.
– Опросишь одну особу в Москве.
– Но, Илья Петрович, позвольте…
– Не позволю. Через час зайдёшь ко мне, дам тебе вопросы с адресом. Трегубов?
– Да, – настал черед Ивана.
– Что там у нас с завещанием, кто наследует имение?
– Завещания нет. Медведев не успел составить.
– Уф, придётся на следующей неделе разбираться с родословной и родственными связями, а времени совсем нет. Истомин хочет отдавать дело в суд.
– Я помню, – обреченно сказал Иван.
– Помнить мало, нужно делать. Топчемся на месте. Бери ружьё, оно с виду дорогое, может, какие пули фирменные нужны, нужно объехать все магазины.
– Все? – удивился Иван.
– Да все. Если в доме не было пуль, наибольшая вероятность, что пуля, убившая капитана, куплена недавно в магазине.
– А почему недавно? – спросил Трегубов.
– Думаю, что два наших происшествия – выстрел и отравление – связаны с помолвкой Торотынского, которая случилась всего месяц назад. Всё! У меня полно дел. Нужно найти магазин. Вечером жду доклад.
Пока Трегубов ждал Столбова, в городе прошел дождь, и Иван, открыв дверь, угодил заново в размокшую грязь. Сколько людей в полиции, и хоть кто-нибудь удосужился бы положить доски, чтобы можно было нормально ходить! Ближе к центру были мощенные улицы, например, та же Посольская.
«Интересно, никто не занимается грязью перед дверью потому, что думают, что это сделает за него кто-то другой?» – задал себе риторический вопрос Иван, залезая на лошадь и придерживая шашку левой рукой, потому что в правой были поводья и ружьё. «Ну, хотя бы дождь кончился.»
Иван был уверен, что найти покупателя будет невозможно. Это же Тула.