— Ясно…
Он вновь глубоко задумался, и Мара задумалась тоже. Какая-то идея скользнула по краю сознания и растворилась быстрее, чем она успела ее ухватить.
Бьярн поднялся, потянулся.
— Ладно, я наверх. Мара?
Мара тоже поднялась было — действительно, глаза начинали слипаться. Это Рейвен, полуночник, непонятно когда спит, но на то он и нечисть, а людям нужен отдых. И вдруг заметила, как Рейвен смотрит на нее, точно хочет что-то сказать, но так, чтобы Бьярн не услышал.
— Я сейчас. Ты иди.
Бьярн поцеловал ее в макушку.
— Ты хотел мне что-то сказать? — быстро прошептала она.
Ужасно неприятно тайком от Бьярна решать что-то, но у Рейвена с ним взаимная неприязнь, хоть оба боролись с собой ради Эрла. Ладно, она ему позже расскажет, если информация того стоит.
— Он кое-что понял, но не стал тебе говорить. Боится за тебя…
— Что понял? — удивилась Мара.
— Я в ваших некромантских штучках мало что смыслю, поправь, если не прав.
— Да…
— Но яд в крови мешает?
— Я ведь уже говорила!
— А что, если у преемника окажется в крови тот же яд? Тогда обряд можно будет совершить?
Мара рухнула обратно на диван, хлопая глазами. Мысль сумасшедшая, но может сработать! Только кровь нужна свежая, а преемницей придется стать ей.
— Бьярн меня убьет, — прошептала она, понимая, что Бьярн ни за что не пойдет на этот шаг — позволить ей пережить все, что чувствовала жертва.
Но если Мара не решится — убийцу никогда не найдут, а убийства продолжатся. Слово некроманта в таких обстоятельствах являлось твердым свидетельством в суде. Если она укажет на убийцу, то больше ничего и не требуется.
— Я согласна, — ответила она. — Но только как крайний случай. Я все же надеюсь, мы сумеем найти его прежде, чем он снова убьет.
— Маловероятно, — прямо сказал Рейвен.
Мара поднялась в комнату, скользнула под одеяло. Бьярн не спал, ждал ее.
— Что случилось, птаха? Почему ты дрожишь?
— Все нормально, замерзла немного.
Мару трясло от мысли, что придется обмануть Бьярна. Она решила посвятить его в планы в последний момент, когда отступать станет поздно. Ей казалось, что для этого существует масса причин. Она ясно представляла, как все произойдет.