Не такой трофей ты себе хотел, да? Уходи и забудь сюда дорогу.
— Я никуда не уйду и перестань пороть чушь, — он поднял ладонь верх, заставив меня пошатнуться в ожидании удара. — Блядь, да прекрати ты шарахаться."
"— Ты меня не слышишь? Ты мне не нужен, ясно, не нужен и никогда не будешь нужен, — я хотела ударить его побольнее, задеть его самолюбие, чтобы ушел и оставил свои наполеоновские планы. Чтобы продолжил жить своей беспечной жизнью, трахая все что движется, а меня забыл и обходил стороной.
— Не нужен? — улыбка сползла с его красивого лица, а на смену ей пришли звериный оскал и ярость во взгляде.
—ДА! — выкрикнула, сама не понимая зачем. И сама в тот же миг пожалела, столько эмоций отразилось лице мужчины и ни одна не предвещала мне ничего хорошего. Хотелось свернуться в комок и исчезнуть подальше от этого испепеляющего взгляда, от безудержного гнева, от всего, а главное, подальше от него, потому что сейчас он не был похож на себя, и я не была уверенна, что он все еще себя контролировал.
— Не надо врать, девочка, я слышал ваш разговор, слышал все, что ты сказала Кате, — он старался говорить твердо, но я все же уловила дрожь в его голосе. Он сомневался, его уверенность пошатнулась, и я зацепилась за эту ниточку, как цеплялся за миражи путник, блуждавший в пустыне.
— А что я, по-твоему, должна была ей сказать? Признаться, что неравнодушна к ее жениху? — наблюдая за спектром эмоций на его лице, я понимала, что попала в цель.
Не по пути нам с тобой, Матвей.
Он действительно ушел, не появлялся больше недели, и, казалось, на этот раз он ушел насовсем.
Все мои последующие дни напоминали день сурка, время словно остановилось и каждый день одно и то же. Врачи доставали меня своими лекциями о том, какую важную роль играет в моем состоянии реабилитация, сначала уговаривали, потом пытались запугать, а мне было все равно, я лишь ждала, должно же было это когда-то закончиться.