— А мне нет, — буркнула, не в силах пошевелиться.
— Врешь, — я не успела ничего понять, а уже сидела на коленях этого несносного мужчины. Вырываться было бесполезно, дальше пола я бы все равно никуда не делась. — Тебе тоже нравится."
"— Ничего подобного, — продолжила отрицать очевидное, с трудом сдерживая идиотскую улыбку.
— Будешь врать, поцелую, — оглядевшись вокруг, я поняла, что Николай Иванович тактично ретировался, оставив нас с Матвеем наедине друг с другом.
— Только попробуй.
— Как скажешь, — пожав плечами, он подцепил пальцами мой подбородок и прежде, чем я успела что-либо понять, просто взял и поцеловал.
— Да ты, ты, да как ты…— заколотила кулаками по его груди, а он, расхохотавшись, лишь сильнее прижал меня к себе.
— Ты же сама попросила.
— А еще я просила дать мне уйти, — бросила, не подумав и тут же пожалела об этом, потому что выражение лица Матвея не предвещало ничего хорошего. Он посмотрел на меня с каким-то отчаяньем во взгляде, а потом просто поднялся, удерживая меня на руках и молча посадив меня в кресло, развернулся и ушел, оставив меня одну в полном недоумении.
Долго я в одиночестве не просидела, спустя несколько минут после внезапного ухода Матвея, в зале появилась Наталья.
— Матвей Александрович сказал, что вы закончили, — растерянно произнесла женщина. Оно и понятно, раньше Матвей не оставлял меня здесь, сам привозил в спальню и передавал в руки заботливой медсестры, которая в свою очередь помогала мне с последующими водными процедурами.
— А Матвей он…
— Он уехал, — неуверенно ответила Наталья, словно опасаясь моей реакции на ее слова.
Больше я вопросов не задавала. Он просто взял и уехал, и мне бы не думать об этом, да вот только не выходило совсем. В миг стало как-то холодно и пусто. Я даже не подозревала, как сильно привыкла к его постоянному присутствию.
После душа, я молча забралась в свою постель, напрочь отказавшись от обеда. Еда – последнее чего мне сейчас хотелось. Сама себе признаться боялась, но отрицать очевидное было глупо и недальновидно, я хотела, чтобы он вернулся, хотела видеть его улыбку, хотела, чтобы одной лишь фразой доводил меня до пара из ушей.
За собственными размышлениями не заметила, как провалилась в сон, а когда проснулась, застала сидящего на кровати, улыбающегося Матвея.