"
"В Соне мне нравится абсолютно всё: начиная от внешности, и заканчивая характером. Она прекрасная мать, хотя часто сомневается в этом, нервничает, когда у ребят что-то не получается. Я не помню момента, когда начал замечать, насколько чисто у нее в квартире: на кухне, в спальне, коридоре, в ванной. Все расставлено по своим местам. Даже ее сыновья и те соблюдают установленный ею порядок. Они ее уважают, хотя сама Соня об этом даже не подозревает.
В последние месяцы я считываю каждый ее страх особенно остро, реагирую на него, пытаюсь успокоить.
— Не надо, пожалуйста, — просит, мягко освобождаясь от моих объятий.
Она не готова, и я прекрасно это понимаю, киваю, отхожу. Предлагаю посмотреть фильм, но она отказывается. Между нами повисает неловкая пауза, кажется, впервые за долгое время, что мы встречаемся.
— Сонь, пожалуйста, я правда развожусь. Я не пытаюсь давить на жалость или что-то в этом роде. Просто хочу быть рядом. Позволь мне.
Она плачет. Вначале отворачивается, чтобы я ничего не видел, а после ее плечи содрогаются от рыданий. Мудак ты, Сергеев. Мудак.
Подойти к ней, обнять и утешить она не позволяет, упирается почти в самый угол и мотает головой.
Я ухожу. Хочу остаться, просто побыть рядом, исполнить роль той самой жилетки, в которую можно поплакаться, но знаю, что она не позволит. Я так хорошо ее знаю, что уже будучи у двери, спрашиваю:
— Что-то случилось?
Ее реакция выдает ее лучше всяких слов. Мой вопрос становится для нее неожиданностью, вместе с тем она почему-то виновато опускает в глаза.
— Извини, просто… я устала. Вчера приехал Слава, и я почти среди ночи поехала к ребятам.
— Что-то случилось? С ними все в порядке?
Несмотря на то, что я не попытался заменить Олегу и Паше отца, они дороги мне, и я не могу допустить, чтобы с ними что-то произошло хотя бы потому, что они оба — дети Сони. Ее кровь и плоть.