Одно время она его буквально заменяла. Оставалась со мной работать, выдвигала новые идеи и корректировала мои, доводя их до совершенства. Это сейчас, когда у меня целая сеть спортивных клубов, в ее обязанности входит лишь исполнение моих требований. А тогда мы были сами по себе. У нас не было команды дизайнеров, не было пиар-менеджеров и опытных рекламщиков. У нас нихрена не было и мы крутились сами.
Точнее, крутился я. Шаповалов слишком сильно ценил свое время и впахивал куда меньше. Ровно в шесть его работа заканчивалась и он ехал домой.
Вот в тот момент я впервые задумался о том, что сделал все сам.
"Я планировал купить у него двадцать процентов акций, но он их не продал. После открытия третьего клуба я стал вкладывать в наше детище ровно столько же, сколько и Шаповалов.
— Лиля! — повышаю на нее голос, чтобы отвлечься от накатывающей злости. — Что-то случилось? Рассказывай.
— Я не хотела вам говорить.
Она вздыхает. Не театрально, а как человек, который действительно надеялся справиться сам и никого не напрягать своими проблемами.
— Говори давай. И садись вот на стул. Судя во всему разговор будет долгим.
Говорили мы и правда долго. Она рассказывала о проблемах, в которые ее втянул муж и с которыми помогал, как вы думаете, кто? Шаповалов! Вот никогда и никому он не помогал без личной выгоды. Поэтому не удивляюсь, когда Лиля рассказывает о его требованиях. Длилось это долго. Он ей помогал, она была его помощницей на побегушках.