У меня куча маленьких вещей Лусии, которые пригодятся тебе в первые месяцы. О боже… О боже… Ты беременна. Не могу в это поверить!
– Я тоже, Ракель, я тоже, – тихо говорю я.
Слышу какой-то шум, вдруг раздается голос племянницы:
– Тетенька, я могу кое о чем спросить?
– Конечно, милая моя.
– А у малыша будут такие же глаза, как у Флина?
Я разражаюсь хохотом и слышу в трубке, как смеются отец и сестра. Позабавившись вопросом девчушки, отвечаю:
– Не знаю, крошка моя. Когда он родится, первым делом я покажу его вам.
Опять шум и какая-то возня. Это мой отец.
– Смугляночка, а ты хорошо ешь?
– Да, папа. Не волнуйся.
– Ты была у врача?
– Да.
– Твоя сестра спрашивает, принимаешь ли ты кислую фолику.
Я хохочу.
– Да, папа. Скажи ей, что я принимаю фолиевую кислоту.
– Эх, смугляночка, как же я рад. Еще один внучок!
– Да, папа, еще один внучок.
– Хоть бы это был мальчуган.
Меня это смешит, и я спрашиваю:
– А если будет девочка, что тогда?
Отец заливается хохотом и отвечает:
– Ну, тогда, жизнь моя, у меня будет еще одна малюсенькая женщина, которую я буду любить и лелеять.
Мы оба смеемся, и он добавляет:
– Эрику лучше?
– Да, папа, ему намного лучше. Его выписывают через пару дней.
– Хорошо… хорошо. Послушай, а он рад ребенку?
Я улыбаюсь. Эрик почти не спит с того дня, как об этом узнал. Он постоянно беспокоится, чтобы я ела и отдыхала, а когда меня рвет, муж как будто страдает вместе со мной.
– Эрик, как и ты… в восторге, – отвечаю я.
Мы болтаем еще несколько минут.
– Я провожу тебя к выходу из больницы."
"Она кивает, и мы вдвоем идем к лифту. Мы обе знаем, что между нами есть недомолвки, поэтому молчим. Когда же останавливаемся, я говорю:
– Спасибо, что предупредила меня.
Аманда бросает на меня взгляд, откидывает с лица шелковистые волосы и уже в лифте отвечает:
– Поздравляю с ребенком.
– Спасибо, Аманда.
Повернувшись ко мне, она продолжает:
– Я не предупредила тебя раньше, потому что Эрик запретил мне это делать.
Я киваю с понимающей улыбкой. Мне стоит поблагодарить ее за подробности.
И все же между нами дикое напряжение. Когда мы подходим к выходу из больницы, она смотрит на меня и говорит:
– Джудит, я хочу, чтобы ты знала, что уже очень давно мне все стало ясно. Эрик счастлив в браке, и я в это не вмешиваюсь.