Я, как обычно, верчусь перед мальчиком, чтобы тот меня разглядел, и он расплывается в улыбке, а когда обнимает меня, я ему говорю:
– Сегодня ты командуешь в доме. Ты – старший брат.
Флин кивает, а Соня, подмигивая мне, говорит:
– Спокойно идите. Я позабочусь о малышах.
Улыбаюсь, целую ее и спрашиваю:
– У тебя ведь есть номера наших мобильных телефонов, да?
Свекровь смотри на меня, кивает и отвечает:
– Да, дорогая. Уже давно. Давайте… езжайте и приятно проведите время.
Эрик подходит к ней и целует.
– Спасибо, мама.
Соня берет бумагу и, подталкивая нас, отвечает:
– Ради всего святого, что может произойти? Идите уже, наконец.
Мы, смеясь, выходим из дому. К нам тут же подбегают Трусишка и Кальмар, и мы их приветствуем. Затем садимся в машину Эрика и уезжаем, желая отдохнуть.
Когда мы приезжаем в отель и закрываем дверь нашего номера, мы не сводим с друг друга глаза. Это наша ночь. Сегодня мы наконец-то сможем заняться любовью так, как нам нравится и без ограничений.
– Ну надо же… розовые наклеечки, – мурлычу я, и Эрик улыбается.
Мы смотрим друг на друга…
Мы подходим друг к другу…
Я бросаю сумочку на пол.
В следующую секунду мой любимый хватает меня за талию и делает то, что сводит меня с ума. Он облизывает мне верхнюю губу, затем нижнюю и, прикусив ее, спрашивает:
– Хочешь поужинать?
Но я уже знаю, чего хочу и поэтому отвечаю:
– Перейдем сразу к десерту.
Эрик улыбается и сиплым голосом шепчет:
– Раздевайся.
Я, довольная, улыбаюсь. Поворачиваюсь к нему спиной, чтобы он расстегнул молнию на платье, и когда оно падает на пол, он берет меня на руки и несет на кровать.
Эрик кладет меня на кровать и, глядя на меня побуждающим ко всему взглядом, начинает раздеваться. Мой мужчина сбрасывает рубашку. Затем брюки. Долой боксеры.
О да… какие прекрасные виды он для меня открывает.
Боже… Боже, мой собственный Пол Уокер[41]. У меня слюнки текут! Передо мной самый сексуальный мужчина в мире, с дерзкой и опасной улыбкой.
Он проводит пальцами по внутренней части бедер. Щекочет меня.
Нашептывает мне на ухо страстные слова. Возбуждает меня.
А когда дергает за мои трусики, они разлетаются на кусочки, и это доводит меня до безумия.