Никто не произнес ни слова, но по хищному взгляду Бальтазара Эвелина безошибочно определила, что он все понял: луч указывал на алмаз. Последний артефакт, который осталось раздобыть. Неизвестно, как далеко он находится и сколько дней придется провести в пути, ясно одно: путешествие приближается к развязке. Однако вместо облегчения Эви ощутила ужас…"
"Дегар первый двинулся вперед. Раздвинул ветки, пропуская Эвелину. Бальтазар держался позади, шел почти неслышно, скрываясь за стволами. Шагали в молчании. На плечах Эви лежала тяжелая ноша.
«Дегар не предаст меня… – думала она. – Не предаст…»
Спустя пару часов набрели на исхоженную тропу, Дегар свернул на нее. В деревушку заходить не стали, прокрались мимо. Вечером хозяйка, вывесившая одежду сушиться, недосчитается потертых штанов и рубахи, принадлежавших ее сыну-подростку. Бальтазар, брезгливо морщась, сдернул с веревки добротную суконную куртку – обладатель вещи явно любил ее, на рукаве обнаружилась аккуратная латка, закрашенная ягодным соком.
Эвелина оделась, спрятавшись за кустами, и сразу почувствовала себя лучше. А когда Дегар вынул из-за пазухи теплый каравай – успел умыкнуть с подоконника, куда его положили остудить, – едва не запрыгала от радости.
Глава 27
Путь оказался неблизким. Тонкая указующая нить, свитая из четырех, постепенно крепла, становилась толще. Эви проверяла направление раз в день. Была бы ее воля, она не приблизилась бы к Бальтазару и на полет стрелы, но, к сожалению, для создания нити необходимы были все четыре артефакта. Пленный король каждый раз смотрел с превосходством, будто Эвелина явилась к нему на поклон. «Ничего, – сердилась мейджи.
Времени в дороге было много, и Эви не тратила его зря. Она думала и думала. Ноги привыкли переступать корни, перешагивать камни, руки сами раздвигали ветки, а голова была занята поиском решения. Как забрать у Бальтазара артефакт?
Думала и о другом, даже размышляла вслух, и Дегар слушал в своей обычной невозмутимой манере, вставляя слова только тогда, когда ему было что сказать.