«Он еще жив! – строго сказала она себе. – Мы оба живы. Нельзя раскисать. Кто знает, как завершится этот день. Может быть, и меня уже не будет на свете…» Неожиданно от этой мысли стало легче.
Эви приподнялась и посмотрела на прогоревший костер и на магистра Куина, который беззаботно проспал всю ночь, укрывшись с головой. Вот что значит уверенность в своих силах! Видно, знал, что защита не подведет.
– Надо одеться, – вздохнула Эви.
Она села, прикрывшись полой плаща, приложила ладонь козырьком ко лбу, высматривая, где вчера оставила рубашку и брюки.
– Я принесу.
– Подожди.
Эвелина поднялась, путаясь в плаще. Песок в волосах, коса расплелась. Щека горела: отлежала на плече Дегара. Она смутилась своего взъерошенного вида, вот уж красотка! Надо поскорее привести себя в порядок – умыться, причесаться и… ополоснуться. И Дегару не помешает зайти в воду и смыть последствия первой ночи…
Эвелина поспешила к реке, плюхнулась на мелководье прямо в плаще.
– Огонек… – Голос просто мертвый. – Я сильно тебя поранил. Зачем ты терпела, вейрри? Ты стонала, потому что тебе было больно… А я…
Дегар бережно прижал Эвелину к груди. Эви даже не сразу сообразила, почему его так трясет и колотит. А когда поняла, едва не рассмеялась. Потерлась щекой о его щеку, поцеловала.
– Нет, глупый, все хорошо. У человеческих девушек в первый раз всегда так. Наверное, дочери Джалгарра устроены иначе. Мне совсем немножко было больно, а потом хорошо. Правда, правда…
У Дегара сделался такой ошарашенный вид, что Эвелина все-таки не выдержала, захихикала.
– Смелая моя девочка, – пробормотал Дегар. – Ты сможешь идти? Я могу понести тебя на руках…
Эви уткнулась в теплую шею, вздрагивая от беззвучного смеха. Потом вскочила на ноги, быстро чмокнула Дегара в щеку.
"– Побежали скорее на берег, пока магистр Куин не проснулся!
Пока Эвелина плела косу, Дегар снова разжег костер, повесил котелок. Магистр Куин проснулся ровно к тому моменту, когда над огнем забулькала похлебка. Если Эви еще до сих пор сладко зевала и никак не могла избавиться от сонливости, командир отряда егермейстеров будто и не ложился вовсе – застегнут на все пуговицы и сосредоточен.
– Доброе утро, – робко поздоровалась Эви.