Председатель всегда лошадь давал огород вспахать. Не было врагов у твоего отца, Никола. И – все равно…
– Что «все равно»? Убили, думаешь?
– Не знаю, что и сказать. Ну, не должен он был помереть той ночью.
– Но ведь, Фомич говорил, участкового вызывали.
– Э-э, Никола, а что участковый? Приехал, посмотрел, протокол написал, объявил, своей, мол, смертью помер, хороните. И уехал. Морга у нас тут нету, в район не возили, сразу взялись за подготовку похорон. Тут уже руководил дядька твой, Степан Иванович.
– Ты накануне детективы не читал?
– Чего? Книжки в смысле? Где бы их еще взять? В нашей библиотеке только тома Ленина и товарища Сталина стоят, да всякое такое – о построении светлого будущего.
– А с того, Сеня, что некому было убивать отца. То, что он лежал на полу у печи, а не в спальне, ничего не значит. Прихватило сердце, хотел выйти, позвать людей, да не смог.
– Так-то оно так.
Маханов посмотрел на друга, налил сто граммов:
– Выпей!
Семен выпил, занюхал рукавом.
– Так о чем это я? А, да, в понедельник электрики приехали. В кои-то века, и заметь, не районные, а городские. Я по номерам понял.
– И что? По делу люди приехали."
"– Да никаких дел-то у них тут и не было. Ни обрывов проводов, ни замечаний, подстанция тоже в порядке.
– Плановый технический осмотр.
– Ну да, прошлись по деревне, на «сопли» поглядели, столбы покачали – крепко ли стоят.
– У Рылова? – переспросил Николай.
– Да, один на столб в «когтях» залез, отсоединил провод, что к хате Рылова идет, чего-то там поковырял и обратно присоединил. Потом они до вечера у Рылова сидели.
– Пили?
– В том-то и дело, что нет. Оба трезвые вышли, и Рылов не пил. Он, когда выпьет, злой становится, как черт. А тут – ничего. У меня тогда машина сломалась, я ее на технический двор загнал и – до дому.