— Зачем нам что-то делать? Работа выполнена, а Венесборг и ее смуглый поклонник пусть разбираются сами.
— А если он ее убьет?
Макар перевел на него взгляд, и в нем мелькнула ирония.
— Неужели тебя это огорчит? Ладно, ладно, шучу! — Он поднял ладонь в предостерегающем жесте, видя, что напарник рассержен. — Успокойся, не убьет. Сейчас он направляется к своей машине в надежде, что ее не угнали за последние несколько часов, а после помчится домой со всей скоростью, на которую способен его «Чероки».
— У тебя волшебное зеркальце завалялось, а? — поинтересовался Бабкин.
— Этот тип не показался мне слабоумным, а сделать то, что ты ему приписываешь, может только слабоумный. Если его действительно нанял бывший муж, он сообщит ему о провале всей операции и заляжет в кусты. Мы его видели, мы можем дать показания, так не дурак же он, в конце концов! Зачем ему подставляться с убийством или похищением, если он станет первым, на кого падут подозрения?
— Ты упускаешь кое-что из виду.
Илюшин хотел заметить, что это их уже не касается, но посмотрел на крутящего шеей напарника и передумал.
— Ты у нас просто ходячая совесть! — недовольно заметил он.
— Должен же тебя хоть кто-то уравновешивать, циничный ты наш, — парировал Бабкин. — А бабу мне просто-напросто жалко. Загнала сама себя в переплет, а потом махнула на себя рукой. Обидно, если такая красота пропадет.
— Искусственная, прошу заметить, — уточнил Макар.
— В каком смысле?
— В таком, что природа, конечно, потрудилась над лицом госпожи Венесборг, но не меньше над ним потрудился пластический хирург.
Вместо ответа Сергей выразительно посмотрел на телефон.
— Ну-ну, — отозвался Илюшин. — Попробуй.
Бабкин набрал номер, подождал и, когда трубку сняли, торжествующе взглянул на Макара.
— Виктория?… Да, Сергей. Хотел спросить — с вами все в порядке? Нет, почему… А где вы сейчас? Ага, ясно. Так, значит, в порядке?… Ну и отлично. Всего хорошего.
— Где она? — спросил Макар по окончании разговора.
— В гостинице.