Умри в одиночку

И Доку Доусону следует быть спокойнее. Тем более что главная задача до сих пор не выполнена и даже не начата."

"Главное – вовремя и правильно подтолкнуть Берсанаку к выполнению действий, способных вызвать крупный международный скандал. И при этом следует учесть, что Берсанака с Гойтемиром могут и провалить операцию и вообще могут возникнуть какие угодно случайности. Но при этом роль ЦРУ может быть сведена максимум к испытаниям препарата в условиях партизанской войны, но никак не к организации кровавой политической диверсии.

Скандал должен быть вызван, но ЦРУ и вообще Соединённые Штаты не должны иметь к нему никакого отношения. Разве что американцев можно обвинить в создании препарата, но почему американцы не имеют права создать такой препарат, если те же русские спецслужбы его создали чуть раньше…

И эта, главная задача стоит риска сотрудничества с таким опасным человеком, как Берсанака Гайрбеков. И именно эта причина заставила выбрать в исполнители не кого-то, а именно Берсанаку, который в своей ненависти к русским не знает, что такое жалость…

* * *– Рассказывай… – полковник в темноте уселся на своё прежнее место, где ему было удобно положить раненую ногу на рюкзак так, чтобы она отдыхала, и нажал на колпачок портативного, но очень чуткого цифрового диктофона, внешне похожего на обыкновенную ручку, что постоянно носил в нагрудном кармане своей камуфлированной куртки.

Диктофон мог работать в режиме записи четыре часа, и этого полковнику вполне хватало на пару недель, чтобы занести в память всё, что требовалось запомнить. Если бы память кончилась, записи можно было бы перенести на обыкновенную флеш-карту и записывать, что необходимо, снова на диктофон. Цифровая память всегда надёжнее памяти человеческой, считал Док Доусон, тем не менее записями не злоупотреблял и записывал действительно только то, что необходимо.

– Так и рассказывать нечего… – мрачно ответил Гойтемир.

– То есть?

– То есть, если бы я помочился на Алхазура, собака бы на это среагировала.

А на препарат не стала… Вообще – ноль внимания… Чуть-чуть на «краповых» и на солдат рыкнула, а на Алхазура – так… Как обычно на запах крови, но не больше… Ни ярости, ни восторга…

– Но ты точно полил Алхазура из баллончика? – с резкой претензией в адрес Гойтемира спросил полковник.

– Не себя же я поливал… – сердито ответил Гойтемир.

Бандиту явно не понравилось, что Док попытался, грубо говоря, перевести стрелки на него.