По крайней мере, к ним я привыкла больше, это была моя последняя попытка куда-то ходить, целых полтора года. Потом стало просто тяжело два раза в неделю к восьми вечера ездить на другой конец города, и все сошло на нет само собой. Пока девушка ушла в подсобку за обувью, с меня сняли куртку, усадили на пуфик у зеркала и одарили ободряющими и загадочными улыбками. Я по-прежнему ничегошеньки не понимала…
— Вот, посмотрите, — барышня вернулась с несколькими парами туфель, и следующие полчаса я углубилась в примерку.
"Подошли третьи по счету, черные, замшевые, с ремешком вокруг лодыжки и такими же спереди, открывавшими ногу и дававшими дышать. Когда-то у меня были подобные, а может, точно такие же, не помню. Кажется, при очередной уборке я безжалостно выбросила напоминание о прошлом, не желая захламлять гардероб.
— Возьмите вторую, подвигайтесь, — предложила девушка, протянув мне туфлю.
Под тремя парами внимательных глаз двигаться было крайне сложно, я разнервничалась, почувствовала себя неуютно и ничегошеньки вспомнить не смогла из движений.
— Еще что-то? — уточнила продавщица, отнеся обувь на кассу и вопросительно глянув на нас.
А я без всяких подсказок поняла, что теперь пришла очередь платья. Мне же сказали, что джинсы не слишком подходящая одежда, мда.
— Айя? — негромко произнес Даня, покосившись на меня.
Пришлось немного натянуто улыбнуться, окинув взглядом яркий ворох нарядов, и ответить:
— Боюсь, тут вряд ли найдется что-то подходящее…
— Ну почему же, — вдруг отозвалась девушка, оглядев мою фигуру профессиональным цепким взглядом.
Она метнулась куда-то в угол магазина, разворошила висящие на вешалках наряды, украшенные блестками, стразами и перьями, и выудила платье.
— Вот, попробуйте, — и протянула мне плечики.
На первый взгляд, выглядело оно совсем просто: из красного шелка, без рукавов, спереди вырез лодочкой, верхняя часть украшена вставкой из кружева, юбка от бедер плавно расходилась мягкими складками.