— Матвей, очевидно, чувствует вину. Этим стоит пользоваться.
— Спасибо, — киваю я. — Это очень нужное. Но всё же я бы предпочёл личное присутствие кого-нибудь, все же не все вопросы можно решить по переговорнику.
— Личное присутствие нашего представителя я тоже обеспечу, только он не будет нашим. Он будет просто неким правоведа, который на всё время кампании будет рядом с тобой. Вроде как нанятый тобой.
— Да, да, вот что-нибудь именно такое я имел в виду.
— Так, ты нам слишком нужен, чтобы использовать тебя как армейского мага.
— Да я, в общем-то, и не против. Даже рад, что так получилось. Единственное, что тут явная интрига. Я бы хотел её попробовать вскрыть. Всё-таки пользы от меня на переднем крае действительно не то чтобы сильно много.
— Вот я про это и говорю, — соглашается безопасник.
— Я вас понял. В общем, ожидаю вашего человека в Минске.
Спешу набрать моего учителя. Хотя, вообще, конечно, надо было бы его набрать в первую очередь. Только в данном случае выяснить, коснётся ли приказ моих людей, гораздо важнее.
— Борис Васильевич, утро доброе! — здороваюсь.
— Что, студент, вторая неделя пошла и уже начинаешь прогуливать? — смеется наставник.
— Да, так и есть, Борис Васильевич. Это забавно, но люди, о которых вы предупреждали, нанесли свой удар не совсем с той стороны, о которой мы с вами думали.
— Что случилось? — тут же серьезным тоном спрашивает Кошкин.
— Меня призвали на действительную военную службу в поместное войско. В Минск. Боюсь, что на некоторое время нужно будет остановить обучение.
— Так, не понял, как это? Подожди, а сейчас ты где находишься?
— Я в академии, буквально на выходе. Мне только что, минут двадцать назад передали фельдъегерской почтой. Я, собственно, здесь сейчас сижу на лавочке.
— Подожди, я сейчас подойду.
Дожидаюсь Кошкина.
— Давай, рассказывай, быстро, — подходит запыхавшийся Кошкин.
Пересказываю пару минут то, что происходит со мной за последние полчаса.