Он сообщил сэру Питеру: никак не ожидал того, что кузина его друга окажется такой сногсшибательной красоткой, завершив этот панегирик заявлением, что, хотя всегда сторонился брака и не относил себя к числу парней, стремящихся обзавестись супругой, черт бы его побрал, если он не начал подумывать о женитьбе.
Именно в этот момент в комнату и вошел Уинкфилд, сказав: кажется, мистер Генри ожидает мистера Коута в библиотеке. Поскольку слуга стоял на пороге, придерживая открытую дверь с явным намерением выпроводить гостя из покоев своего хозяина, мистеру Коуту не оставалось ничего иного, кроме как пожелать сэру Питеру спокойной ночи и убраться восвояси.
Закрыв за гостем дверь гардеробной, Уинкфилд вернулся в спальню и начал убирать со стола бокалы.
– Уинкфилд!
– Сэр?
– Можешь уложить меня в постель! – резко произнес сэр Питер.
Старик заговорил снова, уже лежа в кровати. Слуга задергивал полог вокруг нее, когда послышался уверенный и отчетливый голос хозяина:
– Утром пришлешь ко мне Джозефа!
– Конечно, сэр, – ответил Уинкфилд и осторожно прикрутил фитиль лампы, с которой он вошел в комнату.
Сэр Питер, угрюмо улыбаясь, наблюдал за его действиями.
– Мне, может, и пора на тот свет, Уинкфилд, но, клянусь Богом, у меня еще есть порох в пороховницах!
Глава 7"
"Как только мисс Сторневей высадила капитана Стейпла возле сторожки, Джон, не теряя времени, переоделся в одежду, более соответствующую его новому призванию.
– Я не знатный господин! – возразил Джон.
– Все остальные думают иначе! – парировал Бен.
– Кто все? – поинтересовался Джон.