— Конечно! О чем же еще?
— Ерунда! Не заморачивайся.
— Но ведь болит! Сам сказал!
Секундная пауза. Хитрый прищур.
И до безумия странная просьба.
— Подуй!
— Чт… что?
— Подуй, говорю!
— Не смешно!
— Бегом, Синичка!
Ее бедное сердце сжалось до предела. Во рту стало сухо.
Заторможенно кивнув, Ирина отставила бутылку с остатками виски в сторону. Все еще не веря в происходящее, медленно переплела их пальцы, намереваясь выполнить просьбу Красницкого. Да вздрогнула в тот же миг, словно к оголенному проводу прикоснулось и испуганно отдернула руку.
Казалось, еще один неосторожный жест — и точно коротнет.
Причем, их обоих. Вячеслава вообще будто подменили.
Судорожно втянув в себя воздух, он стремительно пересадил девушку с собственных колен на лавку. А сам, грозно зарычав, вскочил на ноги.
Шаг. Другой. Третий. Остановился и развернулся к ней лицом, лишь когда расстояние между ними увеличилось до пары метров.
— Что случилось?
Молодой человек наградил ее взбешенным взглядом и прохрипел изменившимся до неузнаваемости голосом:
— Зачем ты выперлась среди ночи? Вот зачем? Нормальные люди все спят давным-давно! А эта шарахается…
От небывалого смятения грудную клетку стянуло, как стальными тросами.
Ни вздохнуть. Ни выдохнуть. Тело прошиб холодный озноб.
— И я спать собиралась, но…
— Но?
— Тебя увидела и решила спуститься, поблагодарить за помощь!
— Будем считать, что благодарности приняты, — отчеканил он сурово, нервно передергивая плечами. — А теперь иди! Пожалуйста, иди!
Будучи растерянной и сбитой с толку его нелогичным поведением, Ирина тоже встала со скамейки.
— И пойду! Но сначала усажу тебя в такси и отправлю домой!
— Нет, пучеглазая! Это я тебя усажу, — Слава уставился на нее, буквально пожирая поплывшим взглядом. — Только не в такси, а на свой член! Так что либо включай мозги и скорее вали отсюда…
— Либо?
— Либо ноги раздвигай! Трахать буду!
Глава 29
ИринаВоздух одним махом вышибло из легких. Скулы ошпарило болезненным румянцем. И голове стало пусто.
Ошарашенно уставившись на бывшего одноклассника, Ирина уточнила на случай внезапной, до ужаса странной слуховой галлюцинации:
— Ты… что со мной будешь… делать?
Ответом ей послужил лишь короткий мучительный стон и пронзительный болезненно-лихорадочный взгляд. Взгляд, от которого у нее в ту же секунду внутренности комком сжались да безумно колени задрожали — чудом вообще равновесие удержала. Было в парне сейчас нечто дикое.