Тебя — из милосердия. Чтоб не мучилась!
— М-м-м! — отозвалась она язвительно. — Вот это, я понимаю, благородство!
— Знай наших! — заявил совершенно невозмутимо. — Ладно, давай в машину.
Ирина скользнула по нему недоуменным взглядом, взволнованно стискивая в ладони мусорный пакет. Столь сильно, что онемели пальцы.
— Зачем?
Слава неопределенно пожал своими широченными плечами:
— Покатаемся немного!
— А если я не хочу? — шумно сглотнула Синицына, чувствуя, как в легких заканчивается кислород под его внезапно потемневшим взглядом.
— Тогда придется тебе кое о чем напомнить…
— О чем?
Красницкий с силой сжал ладони на ее талии, вынуждая протяжно зашипеть от остроты ощущений, вызванных одним банальным прикосновением.
Не дав опомниться, совершенно хозяйским, собственническим жестом он подхватил Ирину на руки и вынес свой вердикт:
— Я тебя похищаю!
— Совсем уже, да? — взвизгнула она, инстинктивно вырываясь. — Дай мне хотя бы мусор выкинуть!
— Бросай здесь!
— Нет! Для этого существует мусорка, умник!
— Хорошо, — прозвучало снисходительно, — как скажешь!
Ничего не объясняя, он перехватил ее немного иначе и, резко вырвав пакет из рук, запихнул его в первую попавшуюся урну, расположенную рядом со скамейкой ближайшего к ним подъезда.
— Довольна? — заявил Слава с победным блеском в глазах.
Ирина захлебнулась собственными возмущениями:
— Но так делать нельзя!
— Серьезно? — высокомерно хмыкнул парень, бодрым шагом возвращаясь к автомобилю и распахивая дверь с пассажирский стороны.
— Постой! — девушка мертвой хваткой вцепилась в шею и плечи Вячеслава, когда тот попытался сгрузить ее в мягкое кресло. — Мне нужно причесаться, и… и переодеться! Ты ослеп? Я в домашней одежде! На пару минут же выскочила…"
"— Расслабься, — после нескольких попыток ему все же удалось запихнуть Ирину в салон, — меня вполне устраивают и эти тряпки! Пристегнись!
Тяжелый вздох сорвался с губ. Ей оставалось только подчиниться.
Первые минуты совместной поездки прошли в абсолютном гнетущем молчании. Красницкий был полностью сосредоточен на дороге.
Она же по уши увязла в своих собственных переживаниях.
Будоражащих сознание. Выворачивающих душу наизнанку.
Наконец, улучив момент, когда он остановился на светофоре и немного расслабился, Ира осмелилась к нему обратиться:
— Слав?
— М-м-м?
— А ты… ты это серьезно?
Молодой человек впился в нее задумчивым непроницаемым взглядом.