Перепуганная и совершенно обескураженная, подруга принялась трясти Ирину за плечи, без конца повторяя:
— Что с тобой? Что случилось? Ну?
— Я, — судорожный всхлип, — у меня…
— Господи, Ириша, не пугай ты так!
— Я…
— Да что у тебя стряслось? Нашли что-то?
— Угу!
— Ах, он гад! — выплюнула озлобленно. — Кобелина проклятая! Неужели заразил тебя чем-то?
— Конечно, заразил, — вздохнув поглубже, Ирина смогла произнести довольно четко. — Собой! Собой он меня заразил, понимаешь?
— Как это? — Ленка впала в ступор.
"Синицына молча кивнула, пытаясь хоть немного совладать со своей истерикой.
— И чего ты, спрашивается, ревешь? Тебе теперь нельзя волноваться!
— Страшно! — призналась, уютно располагаясь в объятиях подруги. — Лен, я не знаю, что дальше делать! В голове все смешалось. Там каша! Как мне быть?
— Для начала успокоиться, — легкий дружеский поцелуй в висок помог немного расслабиться, — и поговорить с Красницким.
— И как же это сделать? Он игнорирует мое существование третьи сутки!
— Этому должно быть объяснение!
— Какое?
— Вот скоро и выясним! Ты только подожди меня здесь, хорошо?
Усадив ее на ближайшую скамейку, Белова добавила:
— Я быстро гинеколога пройду — передо мной всего два человека, и пойдем!
— Куда?
— К Макарову! Выяснять, где твой «заразный» герой пропадает!
* * *Завершив все дела в поликлинике, они направились прямиком в университет, несмотря на освобождение от занятий по случаю медкомиссии.
«У меня там… ребенок! Его ребенок! Наш с ним…»
В горле встал болезненный ком. Сдавливал гортань. Мешал дышать.