Ведь, если, как он сказал, им с женой нравились ее книги и они уже много лет собирали ее работы, то почему же все книги, не считая старого издания „Тигра“, были новыми? Этому может быть только одно объяснение — Ламли никогда не интересовали ее книги!»
Пит спустился вниз в кухню, потом зашел в столовую. На столе стояла фотография в рамочке: двое ребятишек — Кэрол и Томми — с мамой. Пит взял фотографию.
— Вы были вот такими малышами… О лучшем нечего было и мечтать… мальчик и девочка. Все остальное не имело для меня значения.
Он поставил фотографию на место.
— Что не имело значения? О чем ты не жалел? — спросила Кэрол.
— Я любил твою мать, и все тут. Это было что-то особенное, не так, как у всех! Ты скажешь, так не бывает! А у нас было!
— Да, папа, конечно!
Пит долго смотрел на фотографию, потом повернулся и пошел в гостиную.
— Кэрри, уже вечереет. Ты, кажется, говорила, что нам пора ехать. — Он посмотрел на свои чемоданы. — Так куда же мы все-таки едем?
Она помогла отцу распаковать чемоданы, сложила вещи в шкафчик, с которым Пит не захотел расставаться, потом они вместе спустились во внутренний дворик и прошли в сад.
— Жаль, Что Томми не смог сегодня приехать.
— Папа, он очень хотел, но…
— Вы в детстве очень любили здесь играть. Он тебе спускал веревку вон с того дерева. Вы бегали и резвились…
Кэрол почувствовала, как по щеке покатилась слеза. Пит ничего не помнил, думал, что он все еще дома, в своем саду.
— Томми был замечательным ребенком. Просто замечательным. И я никогда ни о чем не жалел.
Кэрол удивленно слушала его.
— О чем ты, папа?
Пит смотрел куда-то в глубину сада и, казалось, не слышал ее.
— Лучше жить здесь. — Он обернулся. — Ведь так?
Кэрол подумала, что теперь он говорит о доме престарелых. Он смирился со своей участью.
— Да, лучше здесь, — ответила она.
— Для всех нас так будет лучше. — Он думал о чем-то своем, непонятном для Кэрол. — Не только для ребенка, но и для нее, для меня… и для Калли тоже.
Нет, это не о доме престарелых… Ребенок? Он что, имеет в виду Томми? А при чем тут Калли Нельсон?
Отец не ответил на ее вопрос. Он отвернулся и пошел к главному корпусу, пробурчав, что Калли, должно быть, уже ждет его, да и к тому же сам Пит изрядно проголодался.
— Ты не знаешь, во сколько у них ужин? — бросил он на ходу.
В половине девятого одна из медсестер сказала Кэрол, что время посещений закончилось.