Эстель Гордон, живая и крепкая женщина, села на стул рядом с Кэрол и немедленно завладела ее рукой:
— Томми рассказал мне о твоей подруге, все это ужасно, никогда и представить себе не можешь, что подобное может случиться со знакомым человеком.
Кэрол охватило отчаяние. Неужели никак нельзя избежать разговоров о смерти Энни? Эстель Гордон заинтересовалась подробностями, вопросы ее сначала казались неуместными, но потом стало ясно, что она беспокоилась о себе и своих дочерях-школьницах. Они обе учились в Барнерде.
— И откуда только берутся такие чудовища? — сказала она. — Молодая женщина не может выйти на улицу без того, чтобы… о, это ужасно.
— И этого не избежать, — сказал Фрэнк. — Это будет продолжаться.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Томми.
— На прошлой неделе в «Рекорде» я видел интервью с социологом из Рутджерса; он сказал, что, на самом деле, мы живем уже не в том мире, в котором росли. Сейчас так много людей, которые находятся «в бегах», детей, которые убегают из дома и живут на улицах.
Кэрол слушала, как окружающие сетовали на утрату духовных ценностей, но связь подобных идей со смертью Энни показалась ей недостаточной для того, чтобы объяснить, что случилось.
— Неужели мы должны винить общество в существовании этих монстров? — спросила она. — Разве люди не должны отвечать за свои поступки?
— Кэрол права, — с силой сказала Джилл. — Я когда-то занималась проблемой психических отклонений. Эти убийцы — настоящие психопаты, люди с сексуальными проблемами, которые должны быть жестоки по отношению к женщинам, чтобы получить удовольствие.
Томми наклонился вперед.
— Это нельзя обосновать просто сексуальными проблемами.
— Ты хочешь сказать, дьявольская сила, — уточнила Эстель Гордон.
— Я не верю в дьявола, но так убивать… снова и снова…
Разговор привлек внимание еще нескольких пар, которые собрались вокруг, и Кэрол заметила, что им как-то не по себе.
— Это неприятный разговор, — извиняющимся тоном сказала она. — Давайте сменим тему.
— Я — за, — согласился Алекс Гордон.