Сведения в информационный центр все еще продолжали поступать, но предварительные подсчеты обнадеживали. Иногда камера выхватывала из множества присутствующих в зале осунувшееся, но светящееся радостью лицо Сергея Березина, и каждый раз Ирина чувствовала, как в груди разливается тепло. Все получилось, все было не зря. Они победили!
Ирина переложила замоченное с вечера белье в стиральную машину и уселась на кухне с чашкой кофе перед включенным маленьким телевизором. Нужно будет приготовить побольше еды и одеться так, как любит Сергей.
Позавтракав, она поставила опару для теста – Сергею нравятся ее пироги, кулебяки и плюшки – и занялась начинкой. Пироги Ирина решила делать с мясом, кулебяку – с капустой, а плюшки – с яблоками и черной смородиной. Она вспомнила недавнюю вспышку страха у Сергея, когда он решил, что она ушла из дома, отправилась к старым приятелям, и горько улыбнулась.
Стиральная машина гудела, на кухне подходило тесто, по всей квартире разливался запах жареной капусты и лука, и было Ирине так уютно, так хорошо, как никогда раньше. У нее был дом, у нее был муж, она была хозяйкой, стирала, убирала, готовила.
Когда прозвенел звонок в дверь, она радостно помчалась в прихожую, уверенная, что это Сергей. Но на пороге стояла незнакомая дама, одетая дорого и изысканно. Лицо ее показалось Ирине смутно знакомым, и от недоброго предчувствия сжалось сердце.
– Я могу войти? – надменно спросила дама.
– А что вы хотите?
Ирина не решалась ее впустить и надеялась, что женщина пришла к Сергею и, узнав, что его нет дома, повернется и уйдет.
– Хочу поговорить с вами, дорогая моя. Вы что, не узнаете меня?
Нет, Ирина ее не узнавала, но понимала, что должна узнать.
– Проходите, – сухо сказала она, пропуская гостью в квартиру."
"Женщина разделась, повесила длинную песцовую шубу в шкаф на плечики. Под шубой на ней был дорогой деловой костюм из английского твида.