– Боже мой, Ричард, помоги мне!
Лезвие отсекло напрочь пальцы, а потом вонзилось ей в грудь.
– Ричард!
Серп опять с дикой болью воткнулся Сэм в грудь, затем ударил по голове. Она услышала резкий металлический звон, закрыла глаза от мучительной боли, открыла их снова и увидела глаза Клэр прямо перед собой, полные безумного наслаждения, налитые кровью. Клэр снова занесла руку над Сэм, и миллион красных горячих шипов пронзили ее голову.
Клэр резко дернулась назад. Сэм увидела, как ее волокут по полу за волосы.
– Таракашка?
Сэм, спотыкаясь, двинулась вперед, голова ее кружилась. Ричард превратился в расплывчатое пятно. Она упала прямо ему на руки.
– Таракашка?
Наступило молчание.
– Таракашка? С тобой все в порядке?
Кровь заливала ее лицо, стекала вниз, пропитывала одежду…
– Таракашка?
Загорелся свет. Ослепительный, белый больничный свет, незнакомый доктор пристально смотрел ей в лицо, за его спиной она заметила на стене картину с обнаженной женщиной и тогда сообразила, что никакой это не доктор, а Ричард.
– С тобой все хорошо, таракашка, все в порядке. С тобой все хорошо.
Она провела рукой по лицу, внимательно посмотрела на свои пальцы.
– Что, еще один? – спросил Ричард. – Еще один ночной кошмар?
Сэм покачала головой:
– Нет. Это было другое. Другое.
Он наклонился и поцеловал ее в лоб.
Она почувствовала, что задыхается, и стала жадно глотать воздух. Потом легла, прислушиваясь к звукам собственного сердца, которое тяжело колотилось в груди.
– На этот раз все было по-другому. Замечательно было. Просто обычный сон, – сказала она так громко и отчетливо, как будто ей хотелось, чтобы это услышал весь мир, и если она скажет это громко и достаточно решительно, то и сама, возможно, поверит в это.
Сэм на мгновение закрыла глаза и вновь увидела всю картину: Клэр бьют головой о стену, глаза ее стекленеют и она сползает на пол. Сэм снова посмотрела на Ричарда и улыбнулась.
– Это был просто сон."