Я остаюсь одна в кабинете шантажиста, который куда-то делся и я очень надеюсь, что он уже ушел домой.
Я ложусь на кушетку и начинаю мастурбировать. Встреча с Владиславом меня так перевозбудила, что я не могу ни о чем думать больше. Мне нужно снять сексуальное напряжение!
Слышу чьи-то шаги за дверью. Сажусь на кушетке, поправляю халат и жду. В кабинет входит темноволосый. Косится на меня и улыбается. Какой же он, все-таки, мерзкий!"
"Садится за стол и что-то пишет. Время от времени, посматривает на меня.
Стараюсь не реагировать на него, отворачиваюсь и думаю о своем. Мне не понятно, почему Владислав избегает разговора со мной. Он словно сбежал от него! Он даже не знает, что я хочу ему сказать, чего же он так упорно не хочет говорить? Это как-то, слишком странно…
− Э-э-э! − мои мысли прерывает этот странный тип.
Смотрю на него в недоумении. Он машет мне рукой. Зовет к себе. Встаю и иду. Шестое чувство подсказывает мне, что ничего хорошего меня не ждет. Он показывает мне на телефон, там у него переводчик. Вижу, он печатает что-то на своем языке и внизу высвечиваются уже слова на русском.
Ох, ничего себе, до чего дошла наука и техника! Я такого никогда не видела! Хотя, мне это никогда и не нужно было и я никогда этим не интересовалась…
Он передает мне телефон и улыбается.
“Надо еще раз идти, скажу ему”. Смотрю на него непонимающим взглядом, чего он от меня хочет? Машу головой, показывая, что не понимаю. Он показывает пальцем на подсобку и засовывает палец за щеку. Ага, теперь понятно, чего ему надо. Видимо, решил поугрожать мне, мол если не пойду с ним еще раз, то все расскажет Владиславу.
− Я не могу! Он сейчас придет и увидит! − показываю на дверь и пытаюсь на пальцах объяснить, что Владислав может зайти в любую секунду.
Не знаю как, но темноволосый сразу понял, потому что, почти сразу же, написал мне что-то на своем телефоне, все в той же программе.
Читаю текст, вижу, что мои руки уже дрожат от страха и возмущения. Ненавижу, когда люди прибегают к шантажу, это так мерзко!
“Владислав не придет, ушел спать”. Меня одолевает ощущение безысходности. Мой любимый не мог уйти спать, он бы мне сказал.