Отобрал, кому с животными возиться нравится и оплатил курсы в университете. Пять человек в этом году дипломы получили. Приехал и ко мне сразу в гости пришел. Очень просил разрешить ему прямо здесь летние месяцы на практику потратить.
Я не сразу понял, что это значит.
— Выходит, мы ему все подготовили, и он сразу на всем готовом будет?
— Не обижайся. Ему как раз эти три месяца нужны, чтобы переезд организовать. Вещи отправить, семью на купленную ферму перевезти, чтобы на месте за ремонтом присмотрели. Старый дом продать.
— Сама разве не наработала бы?
— Несколько лет уйдет. Если он поддержит, то огромным подспорьем станет. С продавцами лошадей сведет, контакты передаст. И потом будем связь поддерживать… Что скажешь?
Что скажу. А ничего плохого говорить не стану.
Во-первых, это дело Аглае принадлежит.
Во-вторых, я пока все равно ближе к Большому Скату буду, мне проще туда наведываться и чаще с женой видеться стану.
Ну и в-третьих, спокойнее будет, если Аглая из Новой Фактории на месяц-другой уедет. Все же мне пока эти шевеления рядом с городом непонятны.
— Я не против. За аренду он платит?
— Да. Трофим Родионович не против.
Это хозяин участка. Серьезный мужчина, чуть ниже меня ростом, а в обхват раза в три больше. Борода огромная, брови лохматые и голосина как у дьякона. Я про себя Трофима гномом окрестил, очень уж смахивает. И как у каждого подземного жителя, жилка коммерческая у него развита отлично. У купца несколько личных лабазов, в найм склады сдает и две шхуны грузы по всей округе таскают.
— Отлично. Мы завтра с утра хотели отправляться. Успеваешь?
— Да, я все дела закончила, тебя дожидалась. Две лошади уже под седлами, можно домой ехать. С утра в порту оставим, племянники Мартына сюда вернут.
— А чем заняться на Большом найдешь? Почти три месяца там будешь.
— Смеешься? Поверь, Ванечка с Сашенькой только рады будут, а то уже зашиваются с непривычки.
— Тогда поехали.