Вполне возможно, что в свете будущей прогулки к хранилищу пираты сколачивают банду побольше.
Мы сидели вчетвером в кабинете полковника Кузнецова и хозяин выкладывал последние факты и слухи, которые удалось собрать по всей округе.
— Я только одно не понимаю, а у турок какой интерес в горы лезть? У них же свои хранилища есть, информацией с Тортугой особо не делятся. Они даже снаряды к пушкам стараются не продавать, чтобы лишних проблем не получить от слишком усилившихся пиратов, — озвучил я свое недоумение.
— С этим просто.
— Тогда у меня вот еще какой вопрос возник. Я тут подумал: на христианских территориях так или иначе работает особый отдел. Я еще с его помощью попробую дополнительную службу быстрого реагирования создать.
Почти весь вечер молчавший брат Никанор вздохнул:
— Не плоди лишние сущности, и без того забот хватает. Есть у турок похожая структура. И у франков тоже. Правда, большую часть людей оттуда мы знаем. По крайней мере, серьезных людей, кто не просто глотки кромсает. И они наверняка какую-нибудь картотеку ведут. Просто до сих пор особые отделы между собой стараются сотрудничать.
— Какие именно?
— Эпидемии. Неурожаи. Погодные катаклизмы. Те же пираты, которым именно совместная работа особых отделов не дает развернуться во всю силу. Да, для решения локальных задач могут их втемную использовать, но целенаправленно выращивать монстра никто не станет. Кстати, первые крохи информации о продаже информации из хранилища пришли от турок. С агентурой у них на Тортуге куда лучше, вот и поделились.
— Зато лапу на чужие сокровища с удовольствием наложат.
— Само собой. Своя рубашка ближе к телу всегда. Но войну развязывать не станут. Человечество до сих пор еще толком от прошлых потрясений не оправилось. И возрождение с контролем технологий — совместный труд. Но не всегда какие-то мелкие инциденты могут сверху проконтролировать, но общую линию на разжигание ненависти и конфронтацию никто проводить не станет.