Валид

— Валид, Шахидат, я так рада вас видеть! — наигранно приторно улыбнулась Власова и протянула руку Валиду. Меня же от этого жеста передёрнуло.

Хаджиев склонился к её руке и поцеловал. А мне стало тошно.

— Здравствуйте, Екатерина, — подарила ей настолько милую улыбку, насколько это было возможно.

— Прошу вас, присаживайтесь. Валид, познакомься с господином Широковым. Арсений, а это господин Хаджиев, тот самый успешный бизнесмен и замечательный человек, о котором я вам столько рассказывала.

От льющейся из её уст патоки слипались глаза и губы.

Мне было неприятно от того, как она расхваливала Валида. Пусть и не по моей воле, но мужа. А последний улыбался, как последний негодяй, только не мурлыкал.

Обмен любезностями закончился, и мужчины, не дожидаясь завершения ужина, принялись за обсуждения своих дел, в которые я усердно пыталась вникнуть, но меня сбивали с толку взгляды Екатерины. Она то и дело стреляла глазками в Валида и косилась на меня, как на нечто, что недостойно её внимания. Казалось, будто она даже удивилась тому, что Хаджиев привёл меня на ужин.

Когда Валид заговорил о покупке некоей фирмы, его собеседник — уже немолодой, круглолицый дяденька приосанился и закивал. Из разговора я поняла, что Саид не раз пытался приобрести эту фирму, только делал это своими, уже известными мне методами. Теперь господин Широков опасался за себя и свою семью и, если Валид договорится со своим братом, то Арсений продаст «Альянс» именно ему. Потому что продать всё-таки лучше, чем подарить рэкетиру.

Валид, на удивление, держался, как настоящий бизнесмен, знающий себе цену, и я вспомнила своего отца.

Он всегда был рассудительным. Хаджиев же меня удивлял. Странно видеть его таким. Не полуголым и бешеным, распинающим меня на кровати или у стены, а вот таким… Умным, воспитанным, знающим, как себя вести на людях. Я словно видела перед собой совершенно другого человека. Он и был другим.

Резко ухудшилось самочувствие. Я отложила приборы и промокнула губы салфеткой.

— Шахидат, а что же вы почти ничего не съели? Попробуйте ещё омара, он удался повару на славу, — Власова улыбнулась мне своей акульей улыбкой, и я ответила ей такой же.

— Благодарю вас. Что-то я не голодна.

— Вы бледноваты. Приболели?

Я же несколько раз подряд моргнула, пытаясь справиться с неожиданно нахлынувшим головокружением. В платье было жарко, а колье душило, будто стальными пальцами. Слишком сладкие духи Екатерины вызывали тошноту, а голова начала гудеть от мужских монотонных баритонов.