− Не буду, − пообещала женщина, поймала его руку и прижалась к ней щекой, заглянула в глаза мужчины и едва не сказала о любви.
Зато он сказал, словно слыша ее мысли:
− Я люблю тебя, странная женщина.
От этих слов внутри у Вилии всё оборвалось. Это было настолько честно, что причиняло ей боль, а мужчина не останавливался, видимо решив выбить из нее остатки души.
− А еще я думаю, что мы можем взять фамилию «Мардо». Мне теперь нужна фамилия, а эта ничем не хуже других.
− Ты готов взять мою фамилию? – ошарашенно спросила Вилия.
− Нет, − возмутился Энрар. – Ты со мной можешь взять фамилию «Мардо».
Это его исправление заставило новые слезы застыть в ее глазах.
− Спасибо! – почти вскрикнула Вилия от осознания и, забывшись, бросилась на шею мужчине. – Спасибо тебе! Спасибо за всё.
Энрар невнятно простонал и осторожно отстранился, криво улыбаясь: всё же тело к подобным нежностям было совсем не готово, но не улыбаться он не мог.
− Если тебе нравится, то так и будет, но завтра, а сейчас мне нужно отдохнуть, − признался он, отводя смущенно взгляд.
− Да, конечно.
− Приходи ко мне, − попросил он. – Мне будет легче, если ты побудешь со мной."
"Он снова обнял ее и поцеловал, буквально обнимая своими обветренными губами ее нижнюю губу, но тут же отступил и ушел с улыбкой на губах.
Вилия смотрела ему вслед и дрожала, касаясь собственных губ ледяными от ужаса пальцами.
− И этого человека ты собралась предать? – внезапно спросил Арон, выходя из своего укрытия за комодом.
Вилия вздрогнула, словно с ней внезапно заговорила собственная совесть, и с ужасом посмотрела на брата.
− Он считает нас семьей, − продолжал Арон, приближаясь. – Он спас мне жизнь, даже не задумываясь. Он любит тебя, а ты хочешь, чтобы его повесили?
− Не хочу, − почти беззвучно простонала Вилия, − но разве ты хочешь, чтобы повесили нашего отца?
− Не хочу, − признался Арон, сжимая губы в тонкие ниточки, − но… Ты или остановишься в своей лжи, или я всё расскажу ему.
− Не говори так, − попросила Вилия дрожащими губами. – Я просто не могу позволить нашему отцу умереть. Пусть лучше повесят меня, чем…
− Нет! – вскрикнул Арон в ужасе, хватая сестру за руку. – Нет, ты не посмеешь сделать что-то подобное!
Весь его гнев на сестру тут же исчез. Он любил Вилию сильнее, чем отца или эштарца.