Варлок #5 - Исход

Всё-таки защита в личном кабинете российского императора стоит такая, что можно как минимум быть уверенным – в чужие руки подобная информация могла попасть только специально!

А случилось это так: Юнь Ми поймала в нашем саду странного зверька и, недолго думая, притащила его мне. Вот только если для девочки это был просто ласковый и необычный пушистик, да к тому же с очаровательными крылышками, то я просто не мог не узнать стандартного дрона-разведчика «Крылатая крыса». Старые модели этого робота имелись на кафедре у Инги Ивановны, ведущей соседний класс будущих гэбистов, и нам, преторианцам, не возбранялось интересоваться возможностями имеющейся там техники и некоторых спецсредств.

В общем, аппарат пришлось срочно изъять, пока он не помер в нежных объятиях любительницы мелких зверьков, выдержав при этом небольшой бой, но, объяснив в итоге, что это – что-то вроде почтовой ласточки родом из моей страны. Почти не соврал, кстати, потому как, судя по активно вращающимся бусинкам-глазкам, на той стороне явно сидел оператор.

А учитывая наличие в таких экземплярах разнообразных маскировочных модулей – не пожелай он, и дрон смог бы обнаружить только я – с помощью третьего глаза, да и то случайно. Вовсе не зря при его конструировании за основу механики скелета был взят именно повсеместно презираемый грызун. Сложив раму синтетических крылышек так, чтобы они ему не мешали, он мог забраться куда угодно, хоть в нору к живым товаркам, и, включив активный камуфляж, сидеть там годами, мониторя обстановку внутренними датчиками. Ну, может быть, ещё Святая смогла бы – у неё тоже что-то вроде подобной способности есть. «Око небожителей» называется. Да вот только, судя по её предположению, что это какой-то новый вид «малых драконов», с такой напастью, как эти вредители, в Наднебесной Империи незнакомы.

Ну а потом, когда я заперся в своей комнате, поставленный мною на столик дрон вдруг сел на задние лапки и, открыв рот, развернул спрятанный там голографический проектор, мы и познакомились с майором Ворониным Сергеем Петровичем.

Как по мне – звание настоящее, а имя – нет. В любом случае, после того как он, по моему мнению, прошёл процедуру идентификации «свой-чужой» и рассказал мне свою легенду, я его сразу остановил."

"Может быть, я и очень плохой студент, к тому же раздолбай-преторианец, а не будущий агент серьёзной конторы, но некоторые правила общения с ними Грэм вбивал в нас с первого же занятия.