- Ты абсолютно наглый автостопщик, но как-то так получается, что тебе всегда все сходит с рук.
В ответ Ваня рассмеялся.
Следующая встреча с Идеей Ивановной состоялась через три недели. Дуня так и не поняла, как у Ивана вышло достать третий билет на Дебарга, да еще, чтобы места оказались рядом. Он что-то сдавал, менял, заказывал, и в итоге - поход случился. Видя, какими влюбленными глазами Идея Ивановна смотрит на сына, Дуня старательно прятала улыбку за букетом роз, предназначавшихся пианисту.
Концерт был необыкновенный. Как только раздались первые звуки фортепиано - все оказалось забыто: дела, заботы, обещание позвонить вечером клиенту, ненастный день за окном. Музыка не терпела соперников, она подхватила своих слушателей и унесла далеко, заставляя чувствовать, видеть, ощущать, складывать в воображении целые истории, сопереживать, наслаждаться и дышать - глубоко, полно, жадно, ловя каждый аккорд и находя на него отклик в своей душе.
И был Шопен, хрустальный, невесомый, совершенно весенний, звенящий под пальцами Люки Дебарга.
Розы Люке после того, как программа была закончена, дарила Идея Ивановна. Вручая цветы, она что-то сказала музыканту, и он что-то ответил. На свое место Ида возвратилась слегка раскрасневшаяся и счастливая.Это был замечательный день, который совершенно не хотелось завершать. Все желали хоть на немного продлить волшебство октябрьского вечера, поэтому Ваня после концерта завез своих дам в кофейню, где заказал им... шампанского.
- Как вам манера исполнения Люки, Евдокия? - начала вежливую беседу Идея Ивановна, пригубив прохладное игристое.
- Если бы Дебарга можно было сравнивать с живописью, то я бы сказала, что он - акварель.
Ида наклонила голову и вдруг пытливо посмотрела на свою собеседницу, словно оценивала:- Акварель? Возможно. Но почему именно живопись? Вы рисуете, Евдокия?
- Каждый, закончивший архитектурный институт, хоть немного, но умеет, - Дуня сделала глоток.